Создаст ли ИИ экономика постоянный низший класс?

Профессор Гарвардского университета и бывший главный экономист МВФ, Kenneth Rogoffis, рассуждает о последствиях распространения ИИ на рынке труда. Профессор считает, что лидеры ИИ гонки пойдут по пути создания базового универсального дохода, чтобы нивелировать масштабные сокращения рабочих мест. Для этого этим странам- лидером нужно перераспределить доходы от ИИ. Если обеспечить социальные гарантии не получится, то это грозит социальным напряжением. Отстающим странам будет непросто. Рабочие места, по мысли профессора, будут сокращаться, а слабые экономические и политические институты этих развивающихся стран не надут им перераспределить доходы от ИИ в обществе. Профессор, по сути, представляет будущий мир, построенный только на экономике ИИ. Видимо, по мысли профессора, только ИИ будет создавать ценность и благосостояние….

Страны, от Индии до Африки и Европы, не включенные в цепь поставок ИИ, рискуют столкнуться с массовой потерей рабочих мест, недополучении налоговых поступлений, которые нужны для того, чтобы справиться с последствиями этой технологии.

Залив Сан Франциско поглощен ИИ лихорадкой. Калифорнию охватила золотая лихорадка середины 19го века, которая выглядит как квест. Самых крутых программистов и разработчиков перекупают предложениями на сотни миллиардов долларов, а молодые инженеры, которым удалось найти работу в ИИ стартапе, рассчитывают уйти на пенсию в 35.

Если следовать по Bayshore шоссе от международного аэропорта Сан Франциско, то можно видеть множество рекламных щитов с абсолютно нишевыми ИИ стартапами, рассчитанных на очень узкую аудиторию. Возникает вопрос: это вообще может принести деньги? Ответ: в городе, заполненном стартапами, представить идею инвестору и потом стать миллиардной компанией выглядит более привлекательным, чем продавать бургер или средство для стирки на рекламных щитах.

За этой золотой лихорадкой ИИ скрывается тревога молодых представителей супер элиты, что их стартапы могут не выиграть эту ИИ гонку. Провал, с их точки зрения, - это остаться за бортом новой реальности, когда ИИ автоматизирует работу белых воротничков, особенно, разработчиков, которые до ИИ считались буквально машинкой для печатания денег. И разумеется, провал- попасть в ряды бедных.

Хотя экономисты до сих пор спорят, разрушит ли ИИ работу или создаст ее, в Силиконовой Долине смотрят на ситуацию более пессимистично. Или твой стартап рванет вперед в следующие 5- 10 лет, или остается молится, чтобы правительство утвердило программу базового универсального дохода.

Несмотря на усилия Дональда Трампа по втягиванию Силиконовой Долины в ряды Maga, в Заливе продолжает торжествовать культура американского прогрессивизма*. Большинство молодых техно евангелистов Калифорнии до сих пор считают себя прогрессивистами и энтузиастами идеи обложить богатых налогами. Во всяком случае, пока они сами не разбогатеют.

* Прогрессивизм — это многогранная философия, выступающая за прогресс и перемены (в противоположность сохранению существующего положения вещей). Прогрессисты работают над улучшением условий жизни, внедряют идеи, которые считают более просвещёнными, и пробуют новые или экспериментальные методы для содействия переменам. В политике и религии прогрессивизм часто называют “либерализмом”.

Несмотря на показную приверженность идеям добра, элита Силиконовой Долины странным образом не осознает тот факт, что большинство тех, кто окажется за бортом ИИ успеха, будут жить не в США. Они не будут жить в таких ИИ странах, как Южная Корея, Япония или Тайвань.

Пока такие южнокорейские компании как Samsung и SK Hynix стали триллионными корпорациями из-за спроса на чипы памяти, Европа не так успешна. ASML, голландская компания- монополист на рынке оборудования для производства передовых чипов, - редкое исключение. В Африке и Латинской Америке все еще более скромно, там нет компаний, которые ИИ лидеры в какой-то области.

Страны, выпадающие из цепи поставок ИИ, рискуют проиграть в наш век глобальных экономических трансформаций. Без огромных прибылей, которые можно перераспределить и без налоговых поступлений от ИИ, которые могли бы профинансировать универсальный базовый доход, они могут и не справиться с сокращениями рабочих мест.

Это не про политическую неспособность или отсутствие амбиций. Как африканские компании могут конкурировать, если сотни миллионов людей по всему континенту не имеют доступа к постоянному источнику электроэнергии, что является основой ИИ инфраструктуры? Как страны Латинской Америки проинвестируют в строительство дата центров, если уровень сбережений в этих странах такой низкий, а повторяющиеся долговые кризисы продолжают отпугивать иностранный капитал?

Стоит отметить, что страны Африки и Латинской Америки все же получают выгоды от непрекращающегося спроса в таких минералах как медь, редкоземельные металлы, литий, кобальт, галлий и германий, необходимые для ИИ индустрии. Чили, Перу и Мексика – явные кандидаты на прибыль, и даже богатая кобальтом Конго могла бы что-то получить, если бы постоянные гражданские войны в этой стране утихли.

Богатые минералами страны могут получать доходы от ИИ, но нехватка политических и экономических институтов воспрепятствует распространению благ от ИИ в обществе.

Индия, например, столкнулась с другими рисками. ИИ разрушает работу офисного планктона среднего звена, и Индия с ее огромным сектором аутсорсинга может почувствовать последствия ИИ. Тем не менее, Индия с ее огромным пулом креативных и технических работников, вполне может стать победителем в ИИ гонке, наряду с США и Китаем. Однако, пока стране не удается создать условия для техно работников дома, и многие из них уезжают в Калифорнию. Ужесточение миграционной политики Трампа может замедлить утечку мозгов, но станет ли Индия бенефициаром ИИ бума остается открытым вопросом.

Китай – лидер ИИ. Но даже в Китае правительство только начинает внедрять планы по исправлению ситуации на рынке труда после распространения ИИ. Даже если страна победит в ИИ гонке, сохранение социальной стабильности потребует значительных усилий и расширения социальных гарантий.

США могут оказаться более динамичными, но даже Штатам тяжело подготовиться к последствиям ИИ на рынке труда. Чтобы избежать социальных напряженностей, предстоит найти способы перераспределить выгоды от ИИ по всему обществу, чтобы благосостояние не оказалось в руках горстки первопроходцев и техно миллиардеров.

Опасность не ограничивается национальными границами. ИИ угрожает расширить пропасть между победителями и проигравшими, увеличить богатство богатых стран и оставить миллиарды людей в развивающихся странах далеко позади. Никто не знает, как будет выглядеть такой новый мир, и как предотвратить его появление и последствия.

Ссылка на статью: