Hash War - когда два майнинг-пула сжигали по 300 тысяч долларов в день, чтобы уничтожить друг друга

Расколы в криптовалютных компаниях обычно решаются мирно: сообщество голосует, часть пользователей уходит на новую цепочку, курс со временем сам расставляет всё по местам. В ноябре 2018 года спор внутри Bitcoin Cash решили иначе - грубой вычислительной силой, которую обе стороны были готовы сжигать буквально до последнего доллара, лишь бы не отступать.

Конфликт начинался как техническая дискуссия про формат транзакций в блоке. Закончился он потерей десятков миллионов долларов, взаимными обвинениями в детской порнографии в Twitter и первой в истории попыткой одного майнинг-пула буквально стереть конкурирующую цепочку с лица блокчейна силой хешрейта.

Bitcoin Cash регулярно обновляет протокол раз в полгода - так было заведено с самого его отделения от биткоина. На ноябрь 2018 года разработчики Bitcoin ABC, возглавляемые Амори Сеше, запланировали очередное обновление с изменением порядка транзакций внутри блока (CTOR) - это техническая деталь, которая на первый взгляд не должна была привести с каким-то серьезным последствиям.

Но у части сообщества были другие планы. В августе 2018 года компания nChain, возглавляемая Крейгом Райтом - человеком, который публично называл себя Сатоши Накамото, - анонсировала собственную альтернативную реализацию протокола под названием Bitcoin SV («Satoshi's Vision»). Идея была интересной: вернуть сеть к «оригинальному видению» биткоина и увеличить лимит блока с 32 до 128 мегабайт. Пул на стороне Райта прямо заявил, что их майнеры не поддерживают предложенный ABC формат транзакций.

Линии фронта определились быстро. За Bitcoin ABC встали Роджер Вер и сооснователь Bitmain Джихан У. За Bitcoin SV - Крейг Райт и один из крупных майнинг-пулов той эпохи, чьим владельцем был канадский миллиардер Кэлвин Эйр. И так как ни одна сторона не была готова идти на компромиссы, было принято решение идти на беспрецедентный шаг и сделать два форка в один день от основной цепочки BCH.

К началу ноября публичная дискуссия окончательно скатилась в личные оскорбления: Райт называл Вера «своим врагом» и обвинял его вместе с У в продвижении детской порнографии. У в ответ окрестил Райта «Fake Satoshi» - «фальшивым Сатоши».

Кульминацией стало письмо, которое Вер обнародовал незадолго до форка, - якобы полученное от Райта: «Я - Сатоши. Приятной жизни». Подлинность письма так и осталась под вопросом, но сам факт, что Вер решился на такую публикацию, красноречиво показывал, до какой степени накалилась атмосфера ещё до того, как противостояние перешло из Twitter в блокчейн.

Ещё до самого форка Крейг Райт публично пригрозил тем, что переводит спор из области идей в область голой силы: если понадобится, он проведёт атаку 51% на цепочку конкурентов, чтобы гарантировать выживание именно Bitcoin SV. Механика атаки была предельно простой и разрушительной: если у одной из сторон окажется больше вычислительной мощности, она сможет намайнить пустые блоки на цепочке соперника или «отсекать» блоки честных майнеров, фактически парализуя чужую сеть, ничего не взламывая технически.

Bitmain и союзники восприняли угрозу серьёзно и ответили симметрично: перебросили колоссальные объёмы хешрейта с добычи обычного биткоина на защиту своей версии форка Bitcoin Cash. По данным отраслевых источников, Bitmain перед форком мобилизовала порядка 90 тысяч устройств Antminer S9 - то есть буквально бросила в бой парк оборудования, сопоставимый по масштабу с мощностью небольшой страны.

Экономика этой войны не имела никакого смысла ни для одной из сторон - и обе стороны это прекрасно понимали. Майнить заведомо убыточную цепочку ради демонстрации силы означало терять деньги каждую секунду: по разным оценкам, участники противостояния сжигали от 280 до 400 тысяч долларов в день на электричество и амортизацию оборудования - притом что добытые монеты на спорной цепочке в моменте почти ничего не стоили. Логика была не про прибыль, а про репутацию: тот, кто первым отступит и снимет хешрейт, автоматически признаёт поражение и теряет право называть свою версию сети «настоящим» Bitcoin Cash.

Разница в цене проявилась мгновенно, ещё до того, как отгремели первые залпы хешрейта. 14 ноября, за день до форка, BCH закрылся на отметке 425 долларов. При этом форк BCH отличался от классического механизма, по которому от одной материнской цепочки появляется новая. 15 ноября от цепочки BCH отделились сразу две новые независимые монеты - Bitcoin ABC (который сейчас известен нам как XEC) и Bitcoin SV. Совместная стоимость двух новых цепочек оказалась заметно ниже цены родительской цепочки (монеты), оставшейся в работе, и это ещё до всякой войны хешрейтом, просто на панике неопределённости.

Крупные биржи отреагировали немедленно: большинство заморозили балансы BCH и приостановили торги новыми токенами до прояснения ситуации, а южнокорейская OKEx досрочно закрыла все фьючерсные контракты на BCH, сославшись на форс-мажор и невозможность рассчитать справедливый индекс цены в условиях подобной волатильности.

Само противостояние затянулось на недели. Спустя 7 дней после форка стороны совокупно сожгли порядка 12 млн долларов на бессмысленный майнинг - по другим оценкам, основанным на отчёте аналитической компании Diar, итоговая цифра потерь за всё время конфликта доходила и до 18 млн долларов, если учитывать не только прямые издержки на электричество, но и потери в стоимости самих монет.

Финал наступил через публичное признание поражения. В декабре 2018 года пул, поддерживавший Bitcoin SV, опубликовал пресс-релиз под красноречивым заголовком «Original Bitcoin is Reborn with Bitcoin SV (BSV); BCH Hash War Ends» (Оригинальный биткоин возрождается с Bitcoin SV (BSV); хеш-война BCH завершена) - по сути, это стало объявлением о капитуляции в борьбе за звание настоящего “продолжателя” идеи BCH. Сторона Bitcoin SV отказалась от притязаний на исходное имя, перешла на тикер BSV и добавила защиту от повторного воспроизведения транзакций между цепочками - это техническое решение, которое окончательно и необратимо развело два новых блокчейна в разные стороны.

История получила по-настоящему ироничную развязку несколько лет спустя. В апреле 2019 года крупные биржи, включая Binance и Kraken, начали делистить BSV - формально из-за низких объёмов, но неофициально причиной стали как раз агрессивные судебные угрозы Крейга Райта в адрес всех, кто публично сомневался в его заявлении о том, что он Сатоши. В 2021 году сеть BSV сама пережила серию успешных атак 51% с двойным расходованием средств - той самой атаки, которой в 2018 году Райт публично угрожал конкурентам.

А в 2024 году британский суд официально постановил, что Райт не Сатоши Накамото - курс BSV в моменте рухнул на 22%, а к концу 2025 года монета торговалась почти на 96% ниже своего исторического максимума. Подробнее об этом судебном разгроме и о том, чем закончилась история человека, который годами настаивал на своей версии Сатоши, - в нашем материале «Я - Сатоши Накамото: истории, когда создатель биткоина был „изобличён“. Или не совсем?». Bitcoin ABC, в свою очередь, тоже утратил доверие сообщества и позднее был преобразован в eCash (XEC): проект ввёл беспрецедентный налог для майнеров в размере 42% от добываемых монет с каждого блока и увеличил количество монет в обращении в миллион раз. Впоследствии монета, как и BSV, была отвергнута большинством крупных пулов, а её капитализация упала далеко за пределы топ-100 мирового рейтинга.

Главный урок этой истории - не про конкретных людей, а про саму природу хешрейта как инструмента влияния. Hash War наглядно показал: вычислительная мощность сети - это не только защита от внешних атак, но и потенциальное оружие внутри самого сообщества, если её сконцентрировать в достаточно крупных и мотивированных руках. Похожие риски концентрации мы разбирали и на куда более раннем примере - том самом случае 2014 года, когда один майнинг-пул едва не взял под контроль больше половины сети биткоина, о чём подробнее можно прочитать в материале «Атаки 51% в истории».

Для обычного майнера, далёкого от корпоративных войн и судебных тяжб, вывод простой: устойчивость сети и конкретного пула зависит не от того, кто громче кричит о своей правоте, а от прозрачности и распределённости инфраструктуры. Майнинг-пул K8X, например, держит серверы в нескольких юрисдикциях и не заставляет клиентов гадать, куда уходит их хешрейт, - статистика по каждому асику видна в личном кабинете в реальном времени, а доля отклонённых долей стабильно держится ниже 1%