«Табуретка на двух ножках не держится»: почему после 30 предпринимателю не с кем дружить и почему бизнес-клуб это не решает

Каждый шестой человек в мире одинок. Это не метафора и не пост в соцсети, а цифра из доклада ВОЗ 2025 года. Там же другая цифра: от последствий одиночества и социальной изоляции умирает около 871 тысячи человек в год.

Когда я готовилась к выпуску, меня зацепила не сама цифра, а то, кто в неё попадает. Не только пожилые или интроверты. Люди после 30, у которых есть работа, команда, сотни контактов в телефоне и при этом некому позвонить в пятницу вечером. Среди предпринимателей таких особенно много.

В новом выпуске подкаста «Иными Словами» я поговорила об этом с Анной Вирич — основателем Сообщества ЛУЧШЕ для людей старше 30 и ведущей подкаста «Что, если?», ex- продюсером Нетологии-групп и руководителем комьюнити-менеджеров в бизнес-клубе Реформа. Мы обе строим сообщества и обе в какой-то момент поймали себя на том, что делаем это в том числе для себя.

Юлия Седова — ведущая подкаста «Иными Словами» о ментальном и физическом здоровье, саморазвитии и долголетии. Технологический предприниматель, коуч ICF: работаю с предпринимателями и руководителями. Telegram · Стратегическая сессия

Анна подготовила для читателей гайд «Пять шагов к вашему окружению» — для тех, кто хочет новых знакомств, но не понимает, с чего начать и где их искать. Забрать его можно в моём Telegram.

Первое, о чём я спросила Анну: одиночество в тридцать — это поломка системы или вина самого человека? Её ответ меня немного успокоил.

«Я убеждена, что это поломка системы. Это такая закономерность жизненного пути человека», — Анна Вирич.

Детский сад, школа, университет сами сажают нас рядом с людьми. Одного возраста, с одной задачей: сдать экзамен, написать курсовую, выпуститься. Общая цель склеивает лучше любого тимбилдинга. После института эта конструкция исчезает. Остаётся работа, у кого-то семья, и больше никто не сводит нас с людьми автоматически.

«Если в школе, в институте это автоматически как-то происходило, волей-неволей мы начинали дружить с людьми, которые нас окружали, то сейчас нам надо учиться этому заново», — Анна Вирич.

Для предпринимателя есть ещё один слой. Чем выше ты поднимаешься, тем меньше людей, с которыми можно говорить на равных. В своей компании ты главный и, как сказала Анна, «самый умный человек в комнате». С подчинёнными не дружат, с партнёрами осторожничают, с клиентами держат дистанцию.

Есть исследование, которое хорошо объясняет, почему взрослым так трудно. Профессор Канзасского университета Джеффри Холл в 2018 году посчитал, сколько времени нужно провести с человеком, чтобы отношения перешли на новый уровень. Около 50 часов — чтобы знакомый стал приятелем, около 90 — чтобы стал другом, больше 200 — чтобы стал близким.

Двести часов — это два часа в неделю на протяжении двух лет. С одним человеком.

В школе и университете эти часы набираются сами. На работе тоже, казалось бы: мы видимся с коллегами каждый день. Но Анна объяснила, почему офис почти никогда не даёт настоящей дружбы.

«На работе мы все разного возраста, разных ценностей, на разных этапах жизни. И плюс мы окружены рамками рабочего контекста, где вроде как не принято делиться личным», — Анна Вирич.

Зумер, миллениал и человек с тремя детьми могут вместе закрыть квартал, но после работы им друг с другом неинтересно. А с удалёнкой у многих пропала и эта возможность.

Социолог Рэй Ольденбург ещё в конце 1980-х ввёл понятие «третье место». Первое — дом, второе — работа, третье — место, где человек регулярно бывает с другими просто так: двор, кафе, клуб, спортзал. Раньше по пятницам все знали, кто в какой клуб идёт. Сейчас у многих взрослых третьего места нет вообще.

Анна сформулировала это через образ, который я теперь повторяю клиентам: «Вторая ножка этой табуретки — это семья. А табуретка на двух ножках, она не держится, нужно как минимум три», — Анна Вирич.

На работе от тебя ждут результата, в семье — участия. Третье место — единственное, где от тебя ничего не ждут. Там восстанавливаются силы для двух других.

Если третьего места нет, пустоту что-то занимает. Об этом мы отдельно говорили с Екатериной Ронами в выпуске, почему работа становится зависимостью: кто-то уходит в еду, кто-то в сериалы, а предприниматель чаще всего — в ещё больше работы. Анна добавила свои примеры, узнаваемые до неловкости: триатлон, Ironman, дача. «После тридцати выбери, на какой факультет тебя распределили».

Я поймала себя на том, что честно не могу ответить на вопрос, который задала зрителям: сколько часов за последнюю неделю я провела с друзьями. Если вы тоже задумались, есть бесплатный тест «Баланс моей жизни» — он показывает, как силы распределены между работой, близкими и отдыхом. Пять минут, и картинка становится честнее, чем ощущения.

Казалось бы, соцсети решили проблему дистанции: можно написать человеку на другом континенте в любое время. Но Анна говорит о том, что я слышу и от клиентов:

«Время, проведённое онлайн, по моим субъективным ощущениям, не засчитывается как общение. Я вроде бы с кем-то попереписывалась, но внутри всё равно какая-то пустота осталась», — Анна Вирич.

Я сама строю продукт для сообществ и смотрю на это изнутри. Любая соцсеть стоит дорого. Когда людей становится много, включается монетизация: реклама, данные, время в приложении. Главный критерий я для себя сформулировала давно: если вы не платите за продукт, значит, продукт — это вы. Платформе выгодно, чтобы вы заходили снова и снова, а не чтобы вы стали счастливее.

С дейтингом похоже. Сервису выгоден пользователь, который остаётся в приложении, а не тот, кто нашёл пару и удалил аккаунт. Анна привела наблюдение, которое многое объясняет: самый удобный для такого приложения пользователь — человек с избегающим типом привязанности. Он ищет контакт, быстро выстраивает дистанцию и идёт искать следующий.

Её вывод про онлайн я бы повесила над столом:

«Онлайн — это способ познакомиться. Но если мы говорим именно про дружеские отношения, которые требуют времени, то никуда без оффлайна», — Анна Вирич.

Мы с Анной познакомились в бизнес-клубе: я была резидентом, она — комьюнити-менеджером. Поэтому эту часть разговора я ждала больше всего.

Парадокс в том, что бизнес-клуб — это сообщество, то есть про людей. Но туда приходят предприниматели, люди, которые мыслят целями и выгодой. Многие воспринимают клуб как часть работы: прокачать личный бренд, найти клиентов, коллаборации. И тот, кто пришёл за поддержкой, слышит в ответ предложение что-нибудь купить.

Я считаю, что нетворкинг себя немного дискредитировал. Само слово почти перестали произносить. Человеку, который занимается, условно, щебнем и у которого сезонный бизнес, семья и усталость, нужна форум-группа и поддержка. А человеку, который продаёт B2B-услуги, остальные участники кажутся потенциальными клиентами. Они сидят в одном зале и ждут друг от друга разного.

Анна назвала главную ценность клуба по-другому:

«Главная ценность бизнес-клубов — это возможность для людей быть в кругу своих. Предприниматель в своей компании главный, на нём максимальная ответственность. И ему хочется быть в кругу равных себе», — Анна Вирич.

Идеальный резидент, по её словам, приходит не продать, а побыть среди равных. Но таких меньше, чем хотелось бы, и чтобы найти «своих», приходится промывать песок.

Мы разобрали варианты, и у меня получилась простая схема. Это моё личное мнение, а не рецепт.

Нужна эмоциональная поддержка в бизнесе — форум-группа или терапевтическая группа. Там формат построен вокруг доверия, а не продаж.

Нужны знания и люди одного уровня — бизнес-школа. Высокий вход отсекает случайных людей, а совместная программа даёт ровно то, что давал университет: общую задачу и регулярность. Те самые 90 и 200 часов набираются сами. Необязательно идти на длинную программу — короткие тоже приводят в клуб выпускников.

Хочется чего-то для себя, не про бизнес — сообщество по интересам. Десять лет назад мы делали женский беговой клуб, и на тренировки приходило по 150 человек. Сейчас таких сообществ много: бег, велосипед, настолки. Многие предприниматели сознательно выбирают закрытые мини-клубы, где обсуждают что угодно, кроме бизнеса: едут на регату, в поход, в путешествие.

Анна, уйдя из бизнес-клуба, создала своё сообщество именно для этого — чтобы убрать контекст продаж. Там есть фрилансеры, психологи, топ-менеджеры в найме и предприниматели, и профессию в представлении называют далеко не первой.

Анна собрала вопросы у своего сообщества, и они удивительно похожи на то, что я слышу на сессиях.

«Там уже сложившаяся компания, я буду лишней». Посмотрите на это с другой стороны: сложившаяся группа сразу показывает свои ценности. Совпали — вас легко примут. Нет — ищите другой круг.

«Мне там обязательно что-то будут впаривать». Если в каждом сообщении спам — уходите, это нормально. Но Анна предлагает не обобщать: если кто-то предлагает то, на что у вас есть запрос, это помощь, а не продажа. «В жизни всё-таки всё на полутонах строится».

«Нужно как-то себя представить, а я не знаю, кто я вне работы». Понаблюдайте, как представляются другие: через профессию, через хобби, через любовь к собакам. Соберите своё интро из этого. Я на такие вопросы иногда отвечаю, что я содержанка — сама себя содержу. Вопросов сразу становится меньше.

«Мне стыдно идти на встречу без семьи». Можно прийти вместе, часть сообществ это позволяет. А можно просто спросить партнёра — вполне возможно, он только за.

В конце Анна задала мне вопрос, на который я до сих пор отвечаю себе заново: если завтра исчезнут все сообщества и все возможности общаться онлайн, кто с тобой останется? Я назвала друзей из фитнес-клуба, соседей и семью. Список оказался короче, чем мне бы хотелось. Попробуйте ответить на этот вопрос сами, не открывая телефон.

Сколько времени нужно, чтобы взрослый человек стал другом?

По исследованию Джеффри Холла — около 90 часов общения, чтобы знакомый стал другом, и больше 200, чтобы близким. Важна регулярность: часы набираются в повторяющихся встречах, а не в одной длинной.

Почему на работе трудно подружиться, если мы видимся каждый день?

Коллеги разного возраста и на разных этапах жизни, а рабочий контекст не располагает к личному. Регулярность есть, а общего фундамента часто нет.

Можно ли найти друзей в бизнес-клубе?

Можно, но придётся отфильтровать тех, кто пришёл продавать. Клуб даёт круг равных и много форматов, но склеивает людей хуже, чем бизнес-школа с общей программой.

Что такое третье место?

Место помимо дома и работы, где человек регулярно бывает с другими и от него ничего не ждут: клуб, спортивное сообщество, хобби-группа. Понятие ввёл социолог Рэй Ольденбург.

Почему после переписки в соцсетях остаётся пустота?

Онлайн сокращает дистанцию, но не передаёт интонацию, мимику и общий опыт. Для близости нужны живые встречи, онлайн хорош как точка первого контакта.

С чего начать, если новых знакомств хочется, но страшно?

Выбрать сообщество по интересу, который у вас уже есть, и ходить туда регулярно, а не разово. Гайд Анны «Пять шагов к вашему окружению» разбирает этот путь по шагам.

Полный разговор с Анной Вирич в подкасте «Иными Словами»:

→ YouTube

→ VK Видео

→ Гайд Анны «Пять шагов к вашему окружению»

→ Смежный эпизод: Екатерина Ронами о зависимости от работы

→ Telegram: telegram.me/yuliasedova

→ Сайт подкаста: inimislovami.ru