2026 год: кто выживет в российском фешн-бизнесе?

Производство падает, потребитель меняется, кадры уходят. Но это не кризис — это отбор.

Если 2023–2024 годы для текстильной и легкой промышленности России были периодом достаточно широкого расширения производства, то 2025-й поставил жирную точку в этом благодушии. Совокупный показатель производства легпрома, по данным Минэкономразвития, снизился до 96,5% по отношению к предыдущему году. Цифра не катастрофическая, но она сигнализирует о том, что рынок вступил в новую фазу.

Фешн-рынок России сегодня переживает не просто тенденцию «люди стали меньше покупать». Это смена модели поведения потребителей. Покупатели не просто экономят — они переходят в стадию осознанного потребления. И многие бизнесы, привыкшие работать по старой схеме, просто не успевают за этим.

«Меньше, но лучше»: новая философия покупателя

Стилисты сейчас повсеместно предлагают услуги по составлению капсульного гардероба. Спонтанных покупок становится всё меньше. Россияне тратят на одежду в среднем около 54,3 тыс. рублей в год, причём женщины — на 41% больше мужчин. Но дело не в суммах, а в подходе.

По данным исследования «РБК Исследования рынков», общий объём расходов на одежду и обувь в 2025 году составил 4,4 трлн рублей — при этом аналитики фиксируют тренд «меньше, но лучше». Люди выбирают базовые и универсальные вещи, обращают внимание на качество материалов и экологичность производства. Отчасти это связано с усталостью от «быстрой моды», навязывающей постоянное обновление гардероба.

Эта трансформация потребительской логики — не результат одного события, а итог нескольких факторов: роста онлайн-торговли, ухода зарубежных компаний, развития маркетплейсов и смены поколений. Культ логотипов уходит. Продажи базовой одежды и капсульных гардеробов показывают устойчивый рост. На маркетплейсах доля поисковых запросов по категориям «базовый гардероб», «минимализм», «повседневная одежда» увеличилась более чем на треть.

Что убивает рентабельность

На рентабельность фешн-бизнеса влияет множество факторов. Основную долю занимает стоимость ткани и её рост. Но не стоит забывать про рост аренды — если мы говорим про офлайн-точки — и про рост комиссии и увеличение расходов на маркетплейсах.

При этом хотелось бы обратить внимание на кадровый вопрос — или даже вопрос компетенций. За последние несколько лет с развитием торговли на маркетплейсах появилось множество компаний и индивидуальных предпринимателей, которые не знают основ бизнес-планирования, маркетинга, финансового учёта, разработки ассортиментной матрицы, брендстратегии и тд. Они привыкли к схеме «купить подешевле — продать подороже». Сейчас эта схема дала сбой. И мы наблюдаем закрытие компаний.

На самом деле это закономерный процесс. Единицы умеют считать цифры!

Кадровый голод как системная проблема

Нехватка кадров в лёгкой промышленности — самая большая проблема отрасли, и это признаётся на самом высоком уровне. На портале «Работа России» размещено почти 47 тысяч вакансий в сфере легпрома, причём 70% из них — вакансии швей. Каждая пятая позиция приходится на Московскую область.

Но цифры — лишь верхушка айсберга. Президент ассоциации «Палата текстиля и моды» Светлана Мельниченко обрисовала реальный масштаб: «У нас 100 процентов дефицит в швеях, на 99 процентов мы остро нуждаемся в механиках. Механиков не готовят в колледжах, это высшее образование. На предприятиях таких специалистов нет, только самоучки. У нас на 75 процентов нехватка технологов».

Парадокс в том, что акцент сейчас делают на подготовку дизайнеров, но нужны и конструкторы, и технологи. Около половины выпускников профильных специальностей не трудоустраиваются по профессии. Причины: часть производств не может предоставить полноценную практику с погружением в рабочий процесс, а оплата труда в легпроме в среднем ниже, чем во многих других отраслях.

Короткая цепочка как единственная стратегия выживания

Основа выживания в 2026 году — способность выстроить короткую и управляемую цепочку: сырьё — ткань — производство — бренд — канал продаж.

На российском рынке очень сильный разрыв между производством волокна и выпуском ткани, между тканью и одеждой. Нарушена цепочка создания добавленной стоимости внутри страны. Кто сможет сократить разрыв между всеми звеньями цепи — тот останется на рынке.

Это не про масштаб. Это про управляемость. Компании, которые контролируют хотя бы два-три звена из пяти, получают преимущество: они могут быстрее реагировать на изменения спроса, контролировать качество на каждом этапе и — что критически важно — считать себестоимость без сюрпризов.

Российские дома моды и производители, которые уловили главный посыл потребителя — желание персонализированного выбора, качество и смысл вместо логотипа — уже показывают рост. По данным Финансового университета, многие небольшие российские дизайнерские бренды демонстрируют увеличение продаж на 20–40% год к году благодаря ориентации на качество, устойчивость и собственные производственные линии.

Что дальше

2026 год не будет годом массового роста. Он будет годом концентрации. Слабые игроки, не умеющие считать и выстраивать процессы, продолжат уходить. Сильные — те, кто понимает нового потребителя, контролирует цепочку и инвестирует в людей — получат рынок.

Государство уже сигнализирует о готовности поддерживать отрасль: на поддержку легпрома из федерального бюджета в 2026 году направят 948 млн рублей. Но деньги не решат главной проблемы — компетенций. Пока одни считают, что мода — это красиво, другие считают маржу. И выживут, как всегда, вторые.