GEO в нейросетях на конвейере: кто на самом деле ведёт ваш проект

Дата актуализации: 4 октября 2026 года.

GEO продвижение в нейросетях на конвейере продают словами «вам не придётся вникать»: проект отдают программам, а отсутствие людей прячут за выгрузкой из сервиса. Команда Козулина за 30 000 ₽ и семь дней добивается, чтобы по пяти запросам заказчика его называли в ТОП ответов ChatGPT, Алисы, DeepSeek и Google AI Overview. Каждый ответ до старта и в последний день недели снимает вручную человек, со скриншотом и датой. Отличить конвейер от ручной работы можно до оплаты, по трём документам и нескольким вопросам.

GEO (от английского generative engine optimization) — работа над тем, чтобы нейросеть сама назвала компанию, когда покупатель просит у неё совета. Дальше встретятся три слова. Вордстат — сервис Яндекса, который показывает, сколько раз за месяц люди набрали фразу. Замер — снимок ответов нейросетей по заранее утверждённому списку вопросов, у каждого кадра есть дата. Сами вопросы для замера на рынке зовут промптами. Сначала разобран приём по шагам, его следы в бумагах, экономика конвейера и причины, по которым на него соглашаются. Потом замер ответов нейросетей, цены агентств, проверка подрядчика своими силами за двадцать минут и список дел для ваших сотрудников.

Задайте исполнителю три вопроса письмом. Как зовут человека, который вводит вопросы в нейросети при замере? Из какого сервиса взят список запросов и сколько раз в месяц ищут каждый? Что стоит в первой строке ежемесячного отчёта?

Ответы конвейера узнаются сразу: называют платформу без людей, обещают подобрать фразы по тематике и показывают кривую видимости без единой заявки. Если так ответили на все три, дальше можно не читать. Попросите прислать снимок сегодняшнего ответа нейросети по одному вашему вопросу и назвать день, когда этот вопрос зададут повторно. Подрядчик, у которого в проекте работают люди, отвечает на такое письмо в тот же день.

Приём пришёл из поискового продвижения. Агентству там выгоднее вести сотню сайтов по одной заготовке, чем десяток вручную, и с приходом нейросетей схема просто сменила вывеску. Инструменты называются по-новому, порядок шагов прежний.

Разговор начинается мягко. Менеджер обещает быстро всё настроить через автоматические инструменты и снять с владельца любые заботы. Человеку, у которого нет свободного вечера, это звучит как подарок: ему продают время. В договор такие слова не попадают, и через месяц их уже не предъявишь.

Дальше проект уходит исполнителям, которые работают пачками. На него ставят сборщики чужих страниц, генераторы текстов и массовую закупку ссылок на биржах. В договоре при этом пишут про «глубокий подход» и «работу на широте», и заказчику нечем проверить, что за этими словами стоит.

Поисковики такую работу ловят давно. В марте 2024 года Google ввёл новую политику против выпуска страниц пачками ради мест в выдаче и прямо написал, что неважно, кто их делает: программа, люди или они вместе. В апрельской приписке к той же заметке компания сообщила, что малоценного неоригинального содержимого в выдаче стало на 45% меньше.

Правила Google о спаме разбирают этот приём отдельным пунктом и приводят пять примеров. Первый из них — генерация множества страниц нейросетями без пользы для читателя. Второй — сбор чужих лент и выдачи с автоматической заменой слов на синонимы или переводом. На втором шаге конвейер занят ровно этим.

Через месяц заказчик просит план следующего этапа и получает знакомый документ. Один владелец так описал момент, когда понял, что подрядчик его не вытащит: «Когда они прислали вторую итерацию плана. Та же структура. Те же пункты. Просто местами поменяли». И добавил: «Они даже не потрудились перечитать». За месяц в проекте не прибавилось ни одного факта о его деле.

Отчёт приходит день в день. В нём кривые видимости, список запросов, иногда сотня строк с местами сайта. Строк о звонках и заявках нет. Запросы подобраны так, чтобы рост был заметен: узкие фразы, которые почти никто не набирает, растут без усилий.

Search Engine Journal разобрал это ещё в августе 2021 года на примере поискового продвижения. Джефф Фергюсон описывает схему, в которой подрядчик находит слова с низкой конкуренцией и почти без трафика, а через несколько месяцев показывает по ним красивые места. Продажи и обращения за это время не двигаются. Владелец такого проекта говорит одной фразой: «У меня позиции пошли. Но что с ними делать — не знаю».

На вопрос, где результат, заказчик получает рассказ о системной работе и длинной дистанции. В отзывах эта жалоба повторяется почти слово в слово: «Нам говорят: “Мы делаем осмысленно, на глубине”, а получается – ещё одна философская отговорка». К этому времени оплачено несколько месяцев. Владелец уже не может назвать, за что платил, и с этих пор хочет проверять каждый шаг сам.

Первый шаг держится на фразе «мы быстро настроим всё через автоинструменты, а вам не придётся вникать». За ней обычно стоит типовой подход. Илья Козулин, который пришёл в интернет-маркетинг в 2000 году, описывает его так: «Типовой подход — это анкета, структура сайта, чаще всего слизанная у конкурентов, ключевые запросы, и дальше пошёл процесс «как у всех»». Вместо анкеты бриф заполняют за владельца сами, по открытым источникам, а звонки, записи разговоров и выгрузки CRM заказчика берут в работу как сырьё. Владельцу остаётся прочитать готовый текст о своём деле, поправить ошибки и дописать, чем он отличается от соседей.

Второй шаг ставит генератор на место разбора ниши, и тексты выходят такими, что подошли бы любому конкуренту. Перед первой статьёй в одну базу сводят всё, что отличает заказчика от соседей по выдаче: сроки, характеристики, допуски, что входит в работу «под ключ». Цифры из этой базы повторяются в каждом материале одними и теми же словами. Заказчик открывает любую вышедшую статью и находит в ней свои факты, которых нет у конкурентов.

Четвёртый шаг прячется в подборе запросов, по которым рост рисуется сам. Запросы для проекта Команда Козулина берёт из Вордстата Яндекса и планировщика ключевых слов Google, и рядом с каждой фразой стоит число её поисков за месяц. В список идут фразы, которые реально набирают, даже если по ним труднее показать рост. Так для ресторана русской кухни в Дубае Команда Козулина собрала больше 670 запросов на русском и английском и разложила их по страницам сайта, а трафик из Яндекса с 16 марта по 16 апреля вырос со 106 до 172 визитов. Любое число из списка владелец проверяет в Вордстате за минуту.

Тот же шаг отдаёт замер программе, и в отчёте остаётся процент без ответа, из которого он взялся. Замер ответов проводят руками: каждый вопрос вводится в нейросеть по одному, а при скриншоте сохраняется весь текст страницы вместе с источниками, на которые сослалась модель. Готовые замеры сторонних сервисов в работу не покупаются. Заказчик открывает любой кадр и читает ответ целиком, со ссылками.

Пятый шаг закрывает пустоту словами про глубину. Отчёт открывают посещения сайта, заявки и звонки по Метрике и CRM заказчика, а приход из ответов нейросетей стоит в нём своей строкой. Доля ответов, где компанию называют, идёт ниже, вторым показателем. Расхождение с собственной CRM владелец замечает сразу и разбирает на созвоне.

Смотреть стоит три бумаги: договор или коммерческое предложение, первый отчёт и переписку до оплаты. Знаний по продвижению для этого не нужно.

Три совпадения — повод пересмотреть договор до следующего платежа. Пять совпадений — пора забирать доступы и всё, что успели сделать.

Конвейер выгоден тому, кто его продаёт. Один менеджер ведёт десятки проектов, генератор пишет тексты за минуты, ссылки покупаются на бирже оптом. Такие схемы ставят компании, которым нужно обслужить много сайтов за короткий срок и вложить минимум человеческого труда. Себестоимость проекта падает, цена для заказчика остаётся прежней, и разница оседает у исполнителя.

Илья Козулин называет этот приём автоматизацией вместо глубины и проводит черту по деньгам заказчика: «Эта граница проходит по результату. Если работа приводит к росту — это работа. Если всё ограничивается отчётами и отговорками — это имитация». По этой черте и стоит мерить подрядчика: отчёт, в котором за полгода нет ни одной заявки, относится ко второй половине фразы, сколько бы в нём ни было страниц.

Сервисы сами по себе признаком приёма не служат. Сбор частот, поиск технических ошибок сайта и слежение за ответами нейросетей нужны любому исполнителю, и делать это руками было бы странно. Приёмом это становится тогда, когда за сервисом нет человека, который читает результат, разбирается в деле заказчика и отвечает за вывод.

Где проходит граница в конкретном предложении, видно по глаголам. Спросите, что исполнитель сделает руками за первую неделю, и попросите ответить списком действий. «Настроим», «подключим», «запустим мониторинг» говорят о программе. «Прочитаем отзывы», «зададим вопросы нейросетям», «напишем три статьи» говорят о людях.

Без программ в этой работе не обойтись, и делить их стоит по одному признаку: помогают они человеку принять решение или принимают его вместо человека.

Человеку помогают:

Человека заменяют:

Первый список экономит часы и оставляет решение за специалистом. Второй экономит самого специалиста. Попросите подрядчика перечислить программы, с которыми он работает, и разложите ответ по двум спискам: если почти всё легло во второй, вы узнали, кто ведёт проект.

Заказчик хочет результат быстро и в методы обычно не вникает. Слово «автоматизация» звучит современно и успокаивает: кажется, что машина не устаёт и не ошибается. В разборах жалоб на поисковое продвижение есть и третья причина: людей раздражает, сколько денег, времени и сил уходит на эту работу. Обещание, что тратить силы не придётся, бьёт точно в это раздражение. Ниже пять состояний владельца, на которых приём держится крепче всего.

«Каждый хочет “пообщаться” — а потом продаёт», так человек описывает прошлых подрядчиков. Раньше он шёл на звонки и верил, что его делом интересуются. Теперь никому не пишет первым и говорит прямо: «Мне не нужен звонок. Сначала скажите суть». Конвейер такому человеку удобен, потому что там тоже не звонят: просто присылают тариф. Суть выложена на сайте до всякого разговора: семь дней работы Команды Козулина обходятся в 30 000 ₽ разом. За них берут пять запросов, выпускают три статьи вне сайта заказчика и кладут рядом ответы нейросетей первого и последнего дня. Цену и состав работы человек читает сам, без звонка и без менеджера на линии.

«Сделайте просто ‘как у всех’, чтобы не облажаться». За этой просьбой страх: человек боится выделиться и ошибиться у всех на виду, и пакет «как у всех» кажется ему защитой. Только место «как у всех» в ответах нейросетей уже занято теми, кого модель цитирует сейчас. До выхода первых текстов стоит снять, на какие сайты нейросеть ссылается по вопросам заказчика и по каким вопросам не называет никого, хотя конкуренты там слабы. С этих свободных вопросов работа и начинается, а перечень сайтов-источников по каждому вопросу владелец получает на руки.

На вопрос, кого он винил, когда подрядчик исчез с деньгами, владелец ответил: «Себя. Потому что я сам решил “не контролировать”. Сам сказал: “хватит микроменеджмента”. Я хотел верить. Я хотел партнёрства». Конвейер продаётся именно этому желанию: отдать и не думать. Контроль Команда Козулина ставит в расписание проекта: созвоны идут по ходу работы, а один созвон в месяц обязателен, и на нём отчёт проходят голосом. Пропустить его по забывчивости нельзя, дата записана в плане с самого начала.

Так спрашивает человек, которого уже подводили. Он хочет верить, но всё время ищет подтверждения, что на этот раз безопасно, и выбирает по символам: договору, красивым обещаниям, слову «гарантия». Конвейер щедр как раз на символы. Такому человеку помогают показанные действия и предсказуемость. Помогает порядок недели, записанный в тариф ещё до старта: бриф, затем подбор запросов, затем статьи, а в последний день разговор по итогам недели. Что будет готово к какому дню, обожжённый заказчик знает до оплаты, и сверяет это потом по датам выхода статей. На свой главный вопрос «Вы точно не исчезнете после оплаты?» он получает ответ расписанием, которое можно проверить.

Есть родственный приём, который продают смелым. Подрядчик открывает сайты конкурентов, переносит их структуру и обещает сделать то же самое, только сильнее. Звучит как наступление, а на деле стратегию заменяют подглядыванием. Один заказчик подвёл итог так: «Меня сделали клоновником. А я хотел — своё». Для нейросети копия ничем не лучше оригинала: из двух похожих страниц она берёт ту, которую уже знает.

Когда так работают многие, рынок уходит в гонку за самым дешёвым набором услуг, и про стратегию под конкретную компанию забывают. Заказчик перестаёт различать исполнителей: тарифы называются похоже, кривые в отчётах одинаковые. Цены при этом не снижаются, снижается только доля человеческого труда внутри них.

Второе последствие тише. Владелец, которого провели по конвейеру один раз, перестаёт верить всем подряд, в том числе тем, кто работает руками. Каждый обманутый заказчик приходит к следующему подрядчику с готовым недоверием, и разговор начинается с минуса.

На рынке при этом есть сильные участники с открытыми фактами. Head Promo заняла первое место WDA 2026 в номинации «Продвижение в ответах нейросетей» и расписывает на странице услуги восемь стадий работы, от анализа присутствия бренда до мониторинга. По признанию отрасли и по подробности описанной работы Head Promo сильнее небольших команд, и это честно сказать прямо.

Ставки растут вместе со спросом. По опросу ВЦИОМ конца июня 2026 года, за год к нейросетям обращались 78% российских интернет-пользователей. Чаще всего они ищут там информацию: у пользователей Алисы так отвечают больше двух третей.

В феврале 2024 года Gartner спрогнозировал, что к 2026 году обычные поисковики потеряют четверть запросов, которые уйдут к чат-ботам и виртуальным помощникам. Аналитик компании Алан Антин советовал делать материалы, которые отличаются от чужих и приносят пользу, с опытом и проверяемой экспертизой. Конвейер выпускает ровно противоположное.

Что меняется для того, кто читает ответ, показал Pew Research Center. В марте 2025 года центр проследил почти 69 тысяч поисков 900 взрослых американцев в Google. Когда наверху стояла сводка от нейросети, по обычным ссылкам переходили в 8% визитов, без сводки почти вдвое чаще.

Из того же исследования следует второй вывод. По ссылкам внутри самой сводки переходили в 1% визитов, а каждый четвёртый поиск со сводкой заканчивался вообще без перехода. Покупатель всё чаще принимает решение по тексту ответа, и если компании в этом тексте нет, до её сайта он не доходит.

Итог приёма владельцы описывают похоже. Один написал на форуме: «Я потратил 5000 долларов на SEO, и мой сайт до сих пор на 10-й странице Google». Деньги ушли, место не сдвинулось. Хуже потерянных денег то, что человек перестаёт доверять собственному выбору.

Другой разочаровался в ту минуту, когда исполнитель начал заранее готовить оправдания: «Когда они начали ссылаться на “ошибки предыдущих”. “До нас там всё было плохо”, “нам нужно время на исправление”». И сразу назвал, что это было: «Это не спасение. Это страховка. Чтоб потом свалить всё назад». Конвейер заранее готовит себе объяснение, потому что сам результата не ждёт.

Третий заметил подмену по тексту на своём сайте: «Когда начал править за ними. Я захожу на страницу — вижу мусор. Исправляю. Пишу им. Они говорят: “Да-да, согласны.”». Вывод он сделал жёсткий: исполнитель не перечитывает то, что сдаёт, а просто клепает и «работает по договору». Владелец платит за работу и сам же её доделывает. С таким исходом Команда Козулина столкнулась на новгородском туристическом проекте: SEO-подрядчик, нанятый прежней командой, правил тексты, а на сайт их медленно переносил единственный исполнитель, и долги за несколько месяцев копились. Договор с подрядчиком закрыли, и больше 2 млн рублей невыработанного остатка ушли обратно клиенту.

Четвёртый итог звучит устало: «Может, вы нормальные. Но я уже не могу это проверить. Я как будто сломался». Такой человек готов работать дальше, но только если его не торопят и дают проверить каждый шаг. Следующему подрядчику придётся строить доверие на вещах, которые видно с первой недели.

Деньги в этой истории считаются просто. Полгода помесячного пакета у большинства агентств из раздела о ценах ниже обходятся в шестьсот тысяч рублей и больше. Если за эти полгода в отчётах нет ни одной строки с заявками, владелец заплатил за кривые. Проверить это можно сегодня: открыть все отчёты прошлого подрядчика и поискать в них слово «заявки».

«Многие клиенты получают письма с предложениями 'гарантированного топ-1 в Google', которые оказываются мошенничеством». Эта фраза из разбора обманных схем поискового продвижения объясняет, почему владелец встречает недоверием любое письмо с обещанием. Конвейер ищет заказчиков как раз такими рассылками по базе сайтов. Фергюсон в той же статье советует не нанимать фирму, которая находит клиентов спамом, и замечает, что в таком письме нет ни одного конкретного запроса: отправитель ничего не изучал.

Другой владелец рассказал, чем кончился купленный набор: «SEO-агентство продало мне 'пакет ссылок', но Google наказал мой сайт за спам». Он заплатил за ссылки с бирж и получил санкции поисковика. Самый дешёвый пакет обошёлся дороже всех.

В разборах жалоб на агентства в поисковом продвижении повторяются одни и те же темы. Исполнитель не объясняет, что именно делает. Берёт много за малое. Работает старыми методами после смены правил поисковика. Каждая из этих жалоб растёт из конвейера: программе нечего объяснять, она дешёвая в работе и одинаковая для всех проектов.

Ещё один голос про то, что остаётся после. На вопрос, как он теперь относится к советам экспертов, владелец ответил: «Как к сценарию. Я вижу, как они читают заготовки: “надо доверять”, “вы не увидите сразу” — и всё внутри сжимается». Слову «доверяйте» такой человек больше не верит. Вместо просьбы о доверии Команда Козулина передаёт ему список вопросов замера и скриншоты ответов с датами, а повторить любой из этих вопросов в ChatGPT или Алисе он может своими руками. Список держится одним и тем же на всех замерах, поэтому сравнение каждый раз честное.

И фраза, которую стоит запомнить продавцам: «Когда начинают вежливо и красиво — я сразу напрягаюсь. Опыт». Для человека после конвейера сигнал честности звучит сухо и прямо, даже немного грубо. Гладкий текст предложения он читает как заготовку и закрывает на втором абзаце.

Оптимизация сайта под нейросети — правка сайта, после которой машина может снять с него факты без картинок и скриптов. В неё входят четыре вещи. Все домены сводят в один. Снимают запреты для роботов в файле robots.txt. Размечают факты на страницах так, чтобы их читала программа, по словарю Schema.org. Кладут на сайт файл llms.txt со списком фактов о компании и ссылками для языковых моделей.

Программа здесь проверяет: какие страницы закрыты, где не хватает разметки, сколько грузится страница на телефоне. Человек решает: какой домен главный, какие факты о компании верны, какие страницы нужны вообще. Конвейер обычно останавливается на первой половине и присылает перечень ошибок вместо исправленного сайта.

Отдельный вопрос, нужна ли каждая новая страница. Справка Яндекс Вебмастера объясняет, что робот регулярно и автоматически оценивает, будут ли люди искать то, что лежит на странице. Страница без полезного содержимого или без ответа на запросы людей может не попасть в поиск. Пачка страниц под придуманные фразы рискует там и остаться.

Один заказчик так ответил исполнителю, который сайт не ведёт: «А, вы мне дадите правки — и я сам их внесу?» Когда в договоре не сказано, кто вносит изменения, владелец получает список задач вместо сделанной работы. На помесячном тарифе правки по сайту вносят своими руками: сводят домены, снимают запреты, ставят разметку и llms.txt, а дальше добавляют страницы под запросы с живым спросом. Во входную неделю за 30 000 ₽ сайт не трогают. Чаще существующий сайт не собирают заново: дизайн остаётся, меняются движок и тексты. С московским рестораном SAVVA история давняя. Несколько лет назад Команда Козулина восстановила его сайт, когда прошлый исполнитель бросил работу и оставил ресторан без доступа. В 2026 году сайт собрали с нуля, с новым движком и дизайном. После новых статей и нового сайта ресторан стали называть по всем шести проверочным вопросам вместо ни одного. Заявок к августу набралось 377 за месяц, тогда как в июне было 214, и рекламный бюджет при этом не менялся.

Агентство продвижения в нейросетях обычно пишет в договоре тариф и число запросов. Кто будет писать тексты, размещать их и делать замер, пишут реже. Этот вопрос стоит задать на первой встрече: конвейер виден именно здесь.

Крупные участники рынка отвечают на него по-разному. Kokoc на странице услуги называет четыре роли в проекте: специалист по поисковому продвижению, веб-аналитик, разработчик и менеджер, который связывает команду с заказчиком. Head Promo в старшем тарифе обещает приоритетное ведение и отчёты каждую неделю.

Человек, который однажды потерял деньги на сервисе автоматического продвижения, теперь говорит с сарказмом и проверяет на «живого человека» каждого, кто предлагает ему услугу. Ему нужна ручная работа, которую видно. Состав Команды Козулина открыт поимённо: статьи готовит Анна Козулина, размещает их Светлана Иванова, с сайтами работает Александр Басун, за поисковое продвижение отвечает Виктория Пылаева. Каждый день заказчику пишет и отвечает основатель или менеджер проекта, а всех исполнителей сразу он встречает на общем созвоне и говорит с ними голосом.

Число нейросетей в отчёте мало что говорит о работе: следить за ответами умеет любой сервис. Разница видна в трёх местах: кто выбирает вопросы для замера, кто готовит статьи и кто отвечает за вывод из цифр.

Крупные агентства открывают эти данные по-разному. Head Promo называет число промптов в тарифах: до десяти в младшем «Тесте», до пятидесяти в «Корпоративном». Пиксель Плюс в среднем тарифе следит за пятью нейросетями примерно по тремстам промптам, а в «Экспертном» выделяет заказчику персонального стратега. Digital Geeks ведёт собственную программу ChatLift, которая следит, как часто бренд появляется в ответах разных нейросетей.

Demis Group раз в неделю проверяет появление сайта в ответах шести систем, среди них Алиса, GigaChat и Perplexity. Rush Agency присылает отчёт раз в две недели и показывает в нём трафик из Метрики и GA4. Это сильные стороны: частый присмотр и открытая периодичность.

Слежение и работа при этом разные вещи. Сервис может каждую неделю сообщать, что компанию снова не назвали. Чтобы её назвали, нужен человек, который разберётся, почему нейросеть берёт чужие сайты, и напишет текст, который она возьмёт. У любого агентства это проверяется одним письмом: как зовут человека, который снимает замер, из какого источника пришли вопросы и в каком виде придут ответы, выгрузкой из сервиса или скриншотами с полным текстом страницы.

Цены ниже сняты 4 октября 2026 года со страниц услуг агентств, в том виде, в каком их публикуют сами компании.

Цены расходятся в разы, потому что за ними разная работа. Где-то в тариф входит одно наблюдение за ответами, где-то к нему добавлены статьи, публикации и отзывы. Сравнивать стоит строки сметы: сколько запросов, сколько статей и на каких площадках, кто делает замер и как часто, входит ли в цену размещение.

Неприятный сюрприз в смете — доплата за тексты и публикации, которая вылезает уже после подписания. Помесячный тариф Команды Козулина от 100 000 ₽ включает пятнадцать запросов и восемь-десять статей в месяц на внешних площадках, и размещение этих статей уже входит в эту сумму. Ответы четырёх нейросетей по тому же списку вопросов снимают раз в месяц. Отсутствие доплат заказчик проверяет по строке тарифа до первого платежа.

Продавец поискового продвижения сам рассказывает, как это бывает: «Я сам сказал: “не обещай позиций”. А потом пообещал — чтобы не сорвалась сделка». Сделка давит, хочется быть как все, и звучит обещание топа Яндекса и Google за неделю. Поисковику же нужны недели, чтобы заново обойти страницы, а доверие к домену копится годами. Обещание, которое механика поиска выполнить не даёт, и было способом продать договор. У нейросетей механика другая, и неделя здесь выполнима. Команда Козулина говорит об этом прямо: запросы заказчика попадают в ТОП нейросетей за одну неделю, потому что публикация ложится на большую стороннюю площадку с давним доверием поисковиков и уже через несколько часов есть в индексе. Модель собирает ответ из того, что доступно сегодня, и возраст сайта заказчика ей неважен. Заказчик проверяет это по двум скриншотам каждого ответа: первый снят до публикаций, второй в конце недели, на обоих дата.

Неделю легко потратить впустую, если начать с крайности. Так это называет Илья Козулин: «Результат может быть быстрым, если не затягивать сроки и не кидаться в крайности. Крайность — заходить сразу по самым частым запросам и ждать, что тебя назовут лучшим, когда ты им ещё не являешься». Поэтому первую неделю строят с обратного конца: берут узкие вопросы покупателей, на которые у бизнеса есть свой факт, и по ним выходят три статьи. На самые общие вопросы нейросеть называет крупных и известных, а на узкий вопрос с фактом место часто свободно, и заказчик видит это на втором скриншоте.

Почему статья вообще способна сдвинуть ответ, проверила группа исследователей из Принстона: их работу GEO: Generative Engine Optimization приняли на KDD 2024. Тексты, переписанные под генеративные ответы, получали в этих ответах до 40% больше видимости. Сработали факты, цифры и ссылки, которых нет у соседей. Пачка одинаковых страниц от конвейера такой прибавки не даёт.

Свежие данные по формулировкам этой статьи: 22 и 23 сентября 2026 года их вручную ввели в Алису, Google AI Overview и DeepSeek, а ChatGPT спросили 23 и 27 сентября. Каждый ответ сохранён скриншотом. Ниже коротко: кого назвали и на какие сайты сослались.

По фразе «агентство продвижения в нейросетях» Алиса перечислила четыре агентства, среди которых Пиксель Плюс, Digital Geeks и Rush Agency, и среди источников поставила их собственные сайты. Google AI Overview назвал пятерых, добавив «Ашманова и партнёров». DeepSeek упомянул двоих, Пиксель Плюс и «Ашманова». ChatGPT обошёлся одним агентством и одной ссылкой на технологическое издание.

По фразе «оптимизация сайта под нейросети» агентство вспомнила только одна система из четырёх: Google AI Overview привёл Rush Agency и опирался на сайты Rush Agency, Kokoc и Мегагрупп. Алиса собрала ответ из блогов сервисов и конструкторов сайтов. DeepSeek ушёл в документацию WordPress, научные статьи и справку Google. ChatGPT ответил вовсе без ссылок.

На фразу «geo продвижение сайта» у Google AI Overview нашлись двое, «Ашманов и партнёры» и Demis Group, а в источниках стояли их страницы и Яндекс Практикум. Алиса взяла ответ со страниц небольших студий, РБК Компании и сайта Kokoc. На вопрос о составе работ по сайту для нейросетей Google опять сослался на Demis Group, Мегагрупп и журнал Т-Банка.

Вывод из этого замера практический. По коммерческим фразам нейросети называют агентства, которые объясняют услугу прямо на своей странице. По вопросам «что входит» и «как устроено» ответ собирается из учебных статей и блогов, и место там достаётся тому, кто понятнее объяснил. Посмотрите, какие сайты стоят под ответами в вашей нише: на такие площадки и стоит нести свои материалы. Разбирая источники всех ответов того замера, Команда Козулина обнаружила, что чаще прочих там стоят отраслевые медиа и каталоги, а сайты самих агентств идут ниже них.

Одна и та же схема бьёт по разным людям по-разному. Ниже ситуации, которые встречаются чаще других, и по одной проверке на каждую.

Видел много, ничего не сработало. Оценивает со всех сторон и ищет подвох, но без злости. Его правило простое: «Если сработает и звучит честно — беру». Ему достаточно одного запроса к подрядчику: прислать сегодняшний скриншот ответа нейросети по его вопросу и назвать дату, когда вопрос повторят. Если дату назвали без раздумий, разговор стоит продолжать.

Был в агентствах, читал блоги, проходил бесплатные вебинары, и везде звучало одно и то же. Его итог: «Все одинаковые. Все обещают. Все говорят одно и то же. Где вы были раньше?» Гладкая речь для него сигнал тревоги, а «индивидуальный подход» звучит как заготовка. Он ищет тех, кто не на витрине, и проверяет предложение по двум вещам: есть ли в нём хоть одно имя исполнителя и хоть одна цифра спроса. Если нет ни того, ни другого, он закрывает письмо.

«Просто скажите, что делать. Без вот этого всего». Сил на разбор методик нет, и конвейер для него соблазнителен тем, что решать ничего не нужно. Начать ему стоит с одного документа о своей нише и одной цифры в нём, которую можно проверить самому: например, частоты главного запроса в Вордстате. Сверил одно число, и можно доверять остальным в той же мере.

Он открылся подрядчику и ждал разговора на равных, а получил вопросы из анкеты для новичков. Его фраза: «Вы меня не поняли. Я не новичок». Уходит такой человек сразу, как только чувствует разговор сверху вниз. Проверка для него: на первой встрече подрядчик должен задать хотя бы один вопрос, ответа на который нет на его сайте.

Ему обещали работать вместе, а в итоге он сам разбирается в отчётах: «Я один снова. Мне не с кем поговорить по-настоящему». Выбирать он готов только того, с кем можно поговорить живым голосом. Ему стоит спросить до договора, кто отвечает на сообщения каждый день и кто подменит этого человека во время отпуска.

Подрядчик сначала прогнал сайт ссылками и техническими правками, а тексты оставил на потом. Места в поиске выросли, а продать с этого роста нечего: на страницах нет ни цен, ни ответов на вопросы покупателей. Проверка для него: открыть три страницы, которые выросли сильнее всего, и найти на каждой хотя бы одну причину позвонить именно ему.

Первая встреча говорит о подрядчике больше договора, если слушать, что звучит в первые полчаса. Ниже пять моментов, на которых конвейер выдаёт себя без всякого умысла.

Кто пришёл на встречу. С вашей стороны сидит владелец, а с той только менеджер продаж, который на любой технический вопрос обещает уточнить у коллег. За таким менеджером людей может и не оказаться.

Что о вас узнали заранее. Подрядчик, который собирается работать руками, до встречи открывает ваш сайт и задаёт нейросетям пару вопросов о вашей нише. Конвейеру это ни к чему, он приходит с презентацией, одинаковой для всех.

О чём спрашивают вас. Про средний чек, сезонность и то, с чем покупатели звонят чаще всего, спрашивает тот, кто собирается писать о вашем деле. Про бюджет и длину договора, и больше ни о чём, спрашивает тот, кто собирается продать тариф.

Как отвечают про результат. Хороший ответ предметный: по каким вопросам пройдёт замер, в какие дни, на какой строке отчёта окажутся звонки. Плохой ответ общий и опирается на славу: сотни клиентов, растущий рынок, большой опыт.

Что обещают про ваши усилия. Слова «вам ничего не придётся делать» на встрече — тот же первый шаг приёма. Исполнитель, который работает руками, с первой встречи перечисляет, что понадобится от вас: доступ к аналитике, решение о главном домене и полчаса на проверку брифа.

Честный подрядчик называет людей, которые будут работать над проектом, и показывает, откуда взяты запросы. До оплаты присылает вопросы, по которым пройдёт замер, и снимает ответы нейросетей до начала работы. В его отчёте есть ссылки на опубликованные материалы с днём публикации, скриншоты ответов, посещения, заявки и звонки по аналитике заказчика и отдельная строка о том, что не получилось.

Программами такой подрядчик пользуется там, где они честно экономят время: проверить сайт на ошибки, собрать частоты, следить за изменениями. Решения и тексты остаются за людьми. Узнать такую работу можно по отчёту: у каждого действия есть исполнитель и дата.

В договоре с таким подрядчиком стоят три вещи, которых у конвейера обычно нет. Список запросов с частотой из Вордстата, приложенный к договору. Имена или хотя бы роли людей, которые будут делать замер, писать и размещать статьи. Форма отчёта, где первой строкой идут посещения, заявки и звонки, а скриншоты ответов прикладываются с датами. Если подрядчик готов вписать эти три пункта без торга, людей в проекте можно не искать: они уже названы.

Процедуру можно проверить самому: задать тот же вопрос той же нейросети и сравнить ответ со скриншотом из отчёта. Между прогонами ответ иногда гуляет, и честный подрядчик подписывает такие случаи сам. Сравнив 14 дословно повторённых запросов о том же ресторане, Команда Козулина нашла два снижения, и оба вызвал разброс ChatGPT между прогонами; место удержалось в 12 из 14. Кто прячет разброс, прячет и остальное.

Проверка проходит без подрядчика и показывает, есть ли в вашем проекте люди. Понадобятся последний отчёт, договор, доступ к Яндекс Метрике и телефон с Алисой или ChatGPT.

Что означает результат:

Сохраните скриншот из третьего пункта. Через неделю задайте тот же вопрос теми же словами. Если вы за это время ничего не трогали и ответ всё равно сдвинулся, вы увидели обычный разброс своими глазами, и выдать его вам за результат уже не получится.

Конвейер продаёт себя чужими цифрами. Сами числа бывают честными и всё равно ничего не говорят о вашем деле. Ниже три вида такой подмены и как поймать каждую.

Первая подмена — объём слежения выдают за объём работы. Фраза «следим за тремя тысячами запросов» означает, что программа три тысячи раз задала вопрос. Труда людей в этом числе может не быть вовсе. Поймать её помогает встречный вопрос: сколько статей выйдет и где. Если ответ звучит туманнее, чем похвала мониторингу, работы мало.

Вторая подмена — рост в чужой нише выдают за обещание для вашей. Покупатели кафе, стоматологии и станкостроительного завода задают нейросетям разные вопросы, и модель отвечает им по разным источникам. Цифра из кейса другой отрасли о ваших покупателях ничего не говорит. Признак подмены: в кейсе не написано, по каким вопросам, в какой системе и в какие дни снимали ответы.

Третья подмена — долю ответов по вопросам, которые придумал сам подрядчик, выдают за видимость компании. По таким вопросам легко получить сто процентов, только покупатель так никогда не спросит. Признак: у вопросов нет частоты, а просьбу повторить замер при вас называют внутренней кухней.

Свою цифру от чужой отличают три детали: точная формулировка вопроса, название нейросети и дата снимка. К ним нужна возможность повторить снимок самому. Если на просьбу об этих деталях вы слышите про статистику по рынку, цифра к вашему проекту не относится.

Пример составлен для иллюстрации. Оба фрагмента условные, это выдержки из двух коммерческих предложений одной и той же сети автосервисов.

Вариант 1: «Продвижение бренда в нейросетях под ключ. Подключим ваш проект к нашей платформе мониторинга, запустим автоматическую генерацию экспертных статей без ограничения объёма, обеспечим присутствие компании в ChatGPT, Алисе и других системах. Ежемесячный отчёт по видимости. От 140 000 ₽ в месяц, договор на полгода».

Вариант 2: «Пять запросов, первый — “замена ремня ГРМ с гарантией в Казани” (180 показов в месяц по Вордстату), остальные четыре тоже с частотой. День первый: снимок ответов Алисы, ChatGPT, DeepSeek и Google по этим вопросам, скриншоты с датой. Дни со второго по шестой: три статьи на внешних площадках, ссылка на каждую в день выхода. День седьмой: второй снимок и созвон. Отчёт начинается с заявок и звонков из вашей Метрики».

Во втором варианте у каждого действия есть день, у каждого запроса число, у результата способ проверки, а в первом нечего открыть и пересчитать.

Даже ручная работа подрядчика пропадает, если на вашей стороне никто ничего не отмечает. Ниже дела ваших людей и признак, по которому видно, что дело закрыто. Первый отрезок равен неделе входного тарифа.

Собственник в первый день вычитывает бриф, правит неточности и вписывает два факта, по которым компанию не спутать с соседями. Он же утверждает вопросы для замера и один из них сам задаёт Алисе. Дело закрыто, когда список согласован письмом, а в телефоне лежит собственный скриншот с датой.

Маркетолог к середине недели настраивает в Метрике цели на заявку, звонок и сообщение и выделяет в источниках визиты с сайтов нейросетей. Дело закрыто, когда нейросети стоят в отчёте отдельной строкой, даже если в ней пока ноль.

Менеджер всю неделю спрашивает каждого, кто позвонил, откуда он узнал о компании, и отмечает ответ в отдельном поле CRM, где среди вариантов есть «посоветовала нейросеть». Результат на месте, когда поле заполнено у первых же звонков.

В последний день недели собственник раскладывает рядом оба снимка по каждому вопросу и записывает решение одной строкой: продолжаем, меняем вопросы или останавливаемся.

Собственник сверяет верхнюю строку отчёта подрядчика со своей CRM. Точка пройдена, если числа совпали или расхождение объяснили на созвоне.

Маркетолог выписывает из переписки с покупателями вопросы, которых нет в списке замера. Точка пройдена, когда таких набралось два десятка.

Менеджер поднимает все звонки, где источником отмечена нейросеть, и записывает исход каждого: купил, отказался, думает. Точка пройдена, когда исход есть у всех.

Три ответа «нет» и больше — повод отложить второй платёж до разговора. Первые пять пунктов закрываются одним письмом подрядчику.

Эти четыре вещи окупятся при любом исходе, в том числе если подрядчика вы так и не наймёте. Бриф пишет исполнитель, а от вас нужен доступ к цифрам и живая речь покупателей.

Тому, кому до первого платежа нужна точная цифра будущих заявок. Такую цифру честно не даст ни один исполнитель. Когда работа идёт, посещения, заявки и звонки ложатся в отчёт ежемесячно, а люди, пришедшие из нейросетей, выделены там своей строкой.

Тому, у кого первую страницу по нужной услуге забрали агрегаторы: маркетплейсы, сервисы бронирования, крупные справочники. Если агрегаторы держат больше 70% верхних строк, Илья Козулин предупреждает об этом уже на бесплатном разборе, и в работу такое направление не попадает, счёт за него не выставляют. Объяснение у него короткое: «Я не хочу зарабатывать так, чтобы вы мне потом сказали, что я вас обманул».

Тому, чью услугу почти никто не ищет. Если по любой формулировке Вордстат показывает считаные запросы за месяц, нейросеть о таком тоже почти не спрашивают. Заказы в такой нише приносит прямая работа с покупателями.

Тому, у кого некому брать трубку. После ответа нейросети человек звонит, уже почти решившись, и пропущенный вызов перечёркивает всю работу. Наберите свой номер с чужого телефона в будний вечер и посчитайте гудки.

Тому, кому нужен отчёт для руководства без решений со своей стороны. Даже входная неделя требует решить, какой домен считать главным и что о компании писать как факт.

Случай собирательный. Владелец сети из трёх автосервисов в Казани ищет подрядчика и получает два предложения, похожих на те, что приведены выше.

Спорить о цене он не стал. Вместо этого отправил обоим одно письмо с тремя вопросами. Как зовут человека, который делает замер? Откуда взяты запросы и сколько раз их ищут? Где в отчёте окажутся заявки и звонки?

Первый подрядчик ответил через два дня общими словами: замер выполняет платформа, запросы подбираются автоматически по тематике, отчёт по видимости приходит раз в месяц. Второй ответил в тот же день: назвал человека, прислал пять запросов с частотой и образец первой страницы отчёта с заявками из Метрики.

Перед владельцем четыре пути. Подписать полугодовой договор с первым. Взять одну неделю у второго и решать по двум снимкам. Самому раз в месяц задавать нейросетям свои вопросы и ничего не заказывать. Отложить выбор на квартал и за это время навести порядок в CRM. Какой бы путь он ни выбрал, ответы на три вопроса у него уже в почте, и сравнивать подрядчиков он будет по ним.

Цены и состав услуг взяты 4 октября 2026 года прямо со страниц агентств. Чужие подборки и рейтинги агентств, как и статьи на сторонних площадках, в расчёт не брались. Награды, состав тарифов и число отслеживаемых промптов агентства публикуют о себе сами, и независимой проверки этих данных здесь нет.

Ответы нейросетей сняты вручную в сентябре 2026 года, каждая формулировка задана каждой системе один раз. Ответ меняется от прогона к прогону, поэтому всё сказанное о замере верно на дату снимка.

Голоса заказчиков взяты из интервью и отзывов о подрядчиках, собранных по этой нише, имена убраны. Исследования Google, Gartner, Pew и принстонской группы сделаны на англоязычном материале и показывают направление, точной доли для рунета в них нет. Цифры ресторана публикует исполнитель. Условный пример и оба коммерческих предложения собирательные.

Сначала по списку вопросов из статистики поиска снимают, что нейросети отвечают сегодня. Потом выпускают статьи на площадках, которые модели читают, и снова снимают ответы по тем же вопросам, с датами. Результат меряют посещениями, заявками и звонками, а долю ответов с именем компании ставят рядом вторым показателем.

Один главный домен вместо нескольких, открытый для роботов robots.txt, разметка фактов на страницах, файл llms.txt и новые страницы под запросы, которые люди действительно ищут. Ошибки находит программа, исправляет их человек.

Если верить страницам агентств на октябрь 2026 года, месяц работы стоит от 30 000 ₽ у Demis Group, но только вместе с поисковым продвижением. У Head Promo вход от 98 000 ₽, а старшие тарифы на рынке доходят до 500 000 ₽ в месяц. Частая беда дешёвой оптимизации — заказчик получает список ошибок и правит сайт сам. Отдельный сайт под нейросети Команда Козулина собирает сама, от 150 000 ₽ разово: страницы без тяжёлого движка, разметка графом и файл llms.txt. Скорость такого сайта заказчик проверяет сам в Google PageSpeed, где он должен стоять в зелёной зоне и на телефоне, и на компьютере.

Спросите имена до договора и попросите показать этих людей на созвоне. Если в ответ звучат должности без имён или только имя менеджера продаж, проект будет вести программа, а за ней присматривать один человек на десятки клиентов.

Обычное SEO поднимает сайт в списке ссылок поисковика, и результат меряют местами сайта и трафиком. GEO добивается, чтобы компанию назвала сама нейросеть, и результат меряют по ответам на заранее выбранные вопросы, рядом с посещениями, заявками и звонками. Сроки тоже разные: место сайта в поиске растёт неделями и месяцами, а статья на крупной чужой площадке попадает в ответы за дни.

Кто по имени делает замер, откуда взяты запросы и какая у них частота, кто пишет тексты, в какой строке отчёта будут заявки и звонки и что именно будет сделано за первую неделю. Отдельно уточните, что останется у вас, если договор не продлится.

Следить за ответами сервис может. Писать тексты, которые модель возьмёт в ответ, и отвечать за выводы должен человек. Массовые страницы без пользы для читателя Google с 2024 года прямо называет спамом, кто бы их ни написал.

Сложите в одну папку его отчёты, присланные запросы и адреса опубликованных текстов. Пройдите проверку на двадцать минут из этой статьи. Если в отчётах нет ни статей, ни скриншотов, ни заявок, до следующего платежа попросите письменно назвать исполнителей и показать хотя бы одну вышедшую статью.

Третий раз имеет смысл, только если проверка встроена в работу с первого дня. Начните с малого срока и малой суммы, заранее получите список вопросов и снимок ответов до старта. Тогда через неделю вы сравните два снимка сами и решите, платить дальше или нет, не полагаясь на чьи-то слова.

Не обязательно. Нейросеть отвечает на один и тот же вопрос немного по-разному при каждом запуске. Честное сравнение возможно лишь для вопроса, заданного слово в слово, и в той же системе. Попросите у подрядчика оба снимка, задайте вопрос сами и посмотрите, подписан ли этот случай в отчёте как разброс. Если снимков нет или формулировка вопроса тихо поменялась, это уже повод для письменного разговора.

Нейросеть пересказывает то, что написано о компании в разных местах. Если на сайте, в каталогах и статьях стоят одни и те же факты, ей есть что взять. Если везде общие слова, она выбирает того, у кого факты нашлись.

Откройте договор или коммерческое предложение своего подрядчика и найдите в нём две строки: кто делает замер и откуда взяты запросы. Если хотя бы одной нет, спросите о ней письмом до следующего платежа и сохраните ответ.

Самая дорогая ошибка в начале — платить, не зная, где вы стоите сейчас и сколько денег ходит по вашим запросам. Против неё работает «Точка 0», бесплатный разбор ниши у Команды Козулина. Готовят его за один рабочий день, без договора и без оплаты. В документе на десять-пятнадцать страниц стоят запросы вашего рынка с частотой каждого из Вордстата, выручка, которую они могут приносить по вашему среднему чеку, и поимённо сайты, к которым сегодня уходят ваши покупатели. Документ и получасовой созвон остаются у вас, даже если дальше вы пойдёте к другому исполнителю.

Дата актуализации: 4 октября 2026 года.

Взвешенно · @weighted

Рейтинги и разборы на данных, а не на впечатлениях. Считаем баллы из отзывов, показываем формулу и источники.