Татьяна, возможно, вы просто не видите, что происходит с обычными селлерами

Я пишу вам не потому, что хочу публично обвинить Wildberries во всех наших проблемах. Мы давно в бизнесе и понимаем, что предпринимательство — это риск. Бывают ошибки, просадки, кредиты, кризисы. Но последние три месяца показали, насколько сильно может отличаться то, как система поддержки выглядит сверху, и то, как она работает для обычного продавца. Возможно, вы просто не видите всех этих деталей.

Поэтому расскажу на примере нашей семьи.

У нас три магазина на Wildberries. Мы никогда не были топ-селлерами. Но это был нормальный, устойчивый семейный бизнес. Мы росли, расширяли ассортимент, брали кредиты на развитие и обслуживали их, платили поставщикам, сотрудникам, налоги.

У нас четверо детей. Бизнес позволял самостоятельно содержать семью, платить ипотеку, обслуживать большую семейную машину и строить планы.

До июля 2026 года.

После атак БПЛА на логистические объекты Wildberries наш расчетный ущерб по трем компаниям составил:

Всего — 13,91 млн рублей.

Для отдельных компаний это от 10,6% до 23,4% фактически полученной выручки за весь 2025 год.

Это серьезная потеря оборотного капитала. Но даже после этого мы собирались продолжать работать.

До 24 июля мы пользовались ежедневным выводом денег с Wildberries и платили за эту возможность дополнительную комиссию. Это были довольно большие суммы. Мы платили их осознанно: для торговли скорость возврата денег в оборот критична.

Продал — получил деньги — закупил товар — рассчитался с поставщиком — заплатил сотрудникам, банку и государству.

После изменения порядка выплат деньги стали возвращаться примерно через 24 дня и более.

Именно сочетание двух факторов — потери товарных запасов и резкого удлинения финансового цикла — создало кассовый разрыв, из которого мы до сих пор не можем выйти.

В июле объем заказов трех компаний составил: 19,64 млн рублей.
В августе — всего 2,52 млн.

Но это произошло не потому, что исчез спрос. Мы сами почти остановили продажи, потому что продолжать активно торговать без возможности закупать новый товар и рассчитываться с поставщиками означало только увеличивать долги.

Когда в сентябре мы частично возобновили работу, объем заказов сразу вырос до: 6,42 млн рублей.

То есть примерно в 2,5 раза за месяц.

Наш бизнес не умер.

Мы просто не можем дать ему нормально работать.

Во всех трех кабинетах Wildberries у нас отображается статус:

То есть сведения об ущербе переданы для предоставления мер государственной поддержки.

Но в реальности по ИП продолжают возникать пени и задолженность, а по ООО применяются взыскания и ограничения по счетам.

Именно здесь у меня к вам главный вопрос:

На бумаге продавец пострадал и ему оказывается поддержка. А в реальной жизни налоговая задолженность продолжает ухудшать его положение и одновременно становится одной из причин отказа банков в кредитовании.

Совокупная кредитная нагрузка наших трех компаний сейчас составляет около 18,73 млн рублей. До кризиса эти кредиты обслуживались. После кассового разрыва часть обязательств пришлось реструктурировать. И после этого получить новое финансирование стало почти невозможно.

Мы обращались в банки, Корпорацию МСП, Банк России. Ответы везде логичные по отдельности.

Банки оценивают риск.

Корпорация МСП предлагает попробовать снова после улучшения финансового положения.

Банк России сообщает, что РВБ не относится к его поднадзорным организациям.

В итоге получается:

чтобы улучшить финансовое положение, нам нужен оборотный капитал; чтобы получить оборотный капитал, нужно сначала улучшить финансовое положение.

По нашим расчетам, примерно 10 млн рублей возвратного финансирования позволили бы восстановить нормальный цикл работы трех компаний.

Не подарок.

Не субсидия.

Обычный кредит, который мы хотим вернуть из работающего бизнеса.

По отдельным соглашениям перед нашими компаниями до сих пор не исполнены денежные обязательства.

Подробности я публично раскрывать не могу из-за жестких условий конфиденциальности.

С нашей стороны необходимые условия выполнены. Срок исполнения наступил. Деньги не получены. Нам сообщают о продолжающейся внутренней проверке.

27 августа мы направили досудебные претензии.

Если это письмо действительно дойдет до вас, мы готовы предоставить все документы в установленном порядке.

Скажу только одно:

когда деньги должны мы, срок всегда известен. Когда деньги должны нам — начинается проверка без понятной даты окончания.

У нас четверо детей.

Я знаю, что вы тоже многодетная мама.

Наши масштабы бизнеса несопоставимы, но есть вещи, которые, думаю, одинаково понятны любой матери.

Дети не знают, что такое кассовый разрыв, банковский скоринг или налоговое взыскание. Для них родители просто должны сделать так, чтобы дома все было нормально. Мы много лет именно так и жили. Работали. Сами содержали семью. Строили планы.

И, наверное, самое тяжелое изменение последних месяцев — не даже нехватка денег.

Мы перестали планировать будущее.

Еще недавно обсуждали развитие бизнеса.

Сегодня обсуждаем банкротство.

Если завтра наши три магазина закроются, Wildberries этого почти не заметит. Но большая экосистема состоит не только из крупнейших селлеров. Она состоит из тысяч таких, как мы: ИП, небольших ООО, семейных компаний.

Поэтому я не прошу сделать для нас исключение.

Я прошу:

Ущерб 13,9 млн рублей.

Почти 19,6 млн рублей заказов в июле.

Вынужденное падение в августе.

Восстановление в сентябре.

Новое вынужденное падение.

Статус «Передали в ФНС».

Налоговые взыскания.

Реструктуризация.

Отказы банков.

Многомесячные внутренние проверки.

Посмотрите, пожалуйста, в какой момент обычный работающий продавец превращается в будущего банкрота.

Если проблема только у нас — значит, нам просто не повезло.

Если таких продавцов много — значит, проблема уже системная.

Мы отправляем заказы. Ищем финансирование. Разбираемся с налоговой. Пишем в банки и государственные органы. И каждое утро снова открываем рабочие кабинеты.

Татьяна, если это письмо до вас дойдет, я прошу только об одном:

попросите кого-нибудь действительно разобрать нашу ситуацию целиком — не отдельный тикет, не один платеж и не один кабинет, а всю цепочку от июля до сегодняшнего дня.

Возможно, именно на примере обычного продавца станет видно то, чего невозможно увидеть с уровня большой компании.

С уважением, Мария Копытина
мама четверых детей и продавец Wildberries

#wildberries #wildberriesseller #wildberriesжалоба #татьянабакальчук #татьянаким #меры_поддержки_бизнеса #мерыподдержки #меры_поддержки #селлеры #селлервайлдбериз