{"id":13800,"url":"\/distributions\/13800\/click?bit=1&hash=494bcf8595527c8c9e734d9291ef1b1692fb7de6e7f241fd1532d02dbe17011c","title":"\u041b\u0430\u0439\u0444\u0445\u0430\u043a\u0438 \u0434\u043b\u044f \u0442\u043e\u0440\u0433\u043e\u0432\u043b\u0438 \u043d\u0430 \u00ab\u041c\u0430\u0440\u043a\u0435\u0442\u0435\u00bb ","buttonText":"\u0423\u0437\u043d\u0430\u0442\u044c","imageUuid":"fb0a50bc-0a7b-535f-b137-b58b2208d639","isPaidAndBannersEnabled":false}

Исследование «Кризисные коммуникации в российских компаниях в феврале-2022»

Как в компаниях пережили первые дни нового времени

Сначала - два слова о себе и об исследовании. Меня зовут Марина Корсакова, я – исследователь и консультант, преподаватель программы МВА, к. э.н., автор трёх бизнес-книг, подробнее – в профиле.

28 февраля 2022-го года, в понедельник, я вспоминала свою последнюю работу in-house в качестве директора по оргразвитию и думала о том, как бы я, на своей прежней позиции, стала бы обсуждать сложившуюся ситуацию с командой.

И мне стало интересно, как это у других – что сказали руководители людям, которые пришли в этот день на работу. Я решила, что 24 и 25 февраля (четверг и пятница) – ещё можно было уйти от организованной коммуникации: можно было подождать; можно было подумать, что ситуация — локальна. Но события выходных (26 и 27 февраля) показали, что этодействительно серьёзная ситуация, и менеджерам нужно было принимать решения, в том числе, по коммуникации с персоналом.

Я провела прото-опрос в своём телеграм-канале (319 ответов), который показал, что многие руководители (38%) отказались комментировать ситуацию, промолчало. Это удивило меня.… Так много?! Мне захотелось узнать больше об этих и других компаниях, и я сделала полную анкету, предложив заполнить её своим подписчикам в телеграме и ещё одной социальной сети, которую не могу назвать.

Результаты анализа полученных ответов я и резюмирую в этом тексте.

Общие входные данные

Опрос проходил с 28.02.2022 по 02.03.2022. Я получила 310 анкет. Валидных на первый взгляд из них было – 301. Позже выяснилось, что ещё 4 анкеты дают на ключевой вопрос ответ, который я не могу интерпретировать, и в финальную обработку эти анкеты не попали тоже.

Итого – 297. Каждый из респондентов отвечал на 17 вопросов. Часть вопросов подразумевают выбор одного варианта из списка, часть – нескольких, некоторые вопросы дают возможность дописать свой вариант ответа.

Что нам известно о респондентах?

· 62% опрошенных – работают в российских компаниях, головной офис которых расположен в Москве,

· 11% — в глобальных и/или иностранных компаниях, головной офис которых расположен не в России,

· 9% — Санкт-Петербург,

· 10% — другие российские миллионики (не Москва и не Санкт-Петербург),

· оставшееся – российские города до 1 миллиона жителей, среди которых только 1% , например, совсем небольших – до 100 тысяч жителей.

Сразу скажу: эта информация носит справочный характер. Связи между позицией компании и локацией head-офиса/размером населённого пункта выявить не удалось (кроме одного вполне ожидаемого обстоятельства, о котором речь пойдёт ниже).

Не обнаружила я связь и между позицией компании и средним возрастом менеджмента.

Опрошенным были предложены группы «до 30», «30-35», «35-40», «40-45», «45-55» и «55+», их ответы укладываются в закон нормального распределения, когда больше всего руководителей попадает в группу «40-45», чуть меньше – в группы «35-40» и «45-55», намного меньше – в группы «до 30», «30-35» и «55+». Такая конфигурация – по всему массиву, и такая же конфигурация – в группах. Ничего интересного: (Хотя, конечно, было бы соблазнительно думать, что менеджмент 35 лет чаще принимает одни решения, менеджмент 55+ — другие, но, по крайней мере, на моей выборке ничего такого не получается.

Размер компаний по всему массиву ответов – вот такой:

А общий отраслевой профиль массива – такой:

Мы поищем зависимости вида «отрасль – позиция компании» или «размер компании – позиция компании», и ещё у нас есть информация и по существу коммуникации, и по реакции сотрудников, и по гендерному профилю менеджмента и др., но эту информацию уже будет интереснее анализировать, применительно к группам.

А группы у нас – такие:

Группа № 1: организованная коммуникация — была, позиция компании (здесь мне придётся выбрать не самую точную, но самую корректную формулировку) — «Мы считаем, что социальная ситуация развивается в правильном направлении», 1%.

Группа № 2: организованная коммуникация — была, позиция компании — «Мы просим вас закрыться от лишней информации», 19%.

Группа № 3: организованная коммуникация — была, позиция компании (здесь мне придётся выбрать не самую точную, но самую корректную формулировку) — «Мы считаем, что ситуацию необходимо изменить», 8%.

Группа № 4: организованная коммуникация — была, смысл её передать сложно, позиция компании — «Давайте поддерживать друг друга и надеяться на лучшее», 24%.

Группа № 5: организованная коммуникация — была, её цель – координация по бизнес-вопросам, социально-политические вопросы не поднимались, 20%.

Группа № 6: никакой организованной коммуникации не было, 28%.

Надеюсь, речевые формулы, выбранные мной для групп 1 и 3 — ясны. Теперь – по каждой группе.

Группа № 1: организованная коммуникация была, позиция компании — «Мы считаем, что ситуация развивается в правильном направлении».

1% — это четыре ответа. Понятно, что у нас не получится сделать какой-то внятный анализ на множестве из четырёх ответов, но, всё же, вот немного информации: средний возраст менеджмента в двух таких компаниях – 35-40, а в двух – 40-45 и больше. В трёх компаниях (75% ) менеджмент, согласно ответам, представлен только мужчинами, а в одной – гендерный состав 50 на 50. Три компании – московские, компаний глобальных/с головным офисом в другой стране в этой категории нет.

В ответах на вопрос «Как вы отнеслись к тому стилю коммуникации, который выбрала ваша компания?« мы собрали весь букет вариантов: «полностью одобряю«, «скорее одобряю», »скорее не одобряю» и »полностью не одобряю».

Размер компаний – тоже «букет»: совсем маленькая (меньше 50 сотрудников), 500-600 сотрудников, около 1.000 сотрудников и больше 2.000 сотрудников.

Две компании занимаются строительством/девелопментом, одна – промышленным производством, одна – оказывает услуги для бизнеса. Только одна из компаний – госкорпорация, три другие – не являются госкорпорациями и никак не связаны с компаниями из санкционного списка.

Одна из компаний в списке, согласно ответам респондентов, «часто» запускала внутреннюю коммуникацию по другим поводам ранее, две – делали это «иногда», одна не делала этого – «никогда».

Помощь сотрудникам не предложила ни одна из четырёх компаний, одна из компаний предупредила сотрудников, что публичные высказывания, не соответствующие позиции компании, могут стать причиной увольнения.

Группа № 2: организованная коммуникация была, позиция компании — «Мы просим вас закрыться от лишней информации».

Уточню идею, респонденты из этой группы выбрали ответ, который дословно звучит так: «Компания выступила организованно: директор или HR сообщил или разослал письмо, что нам нужно закрыться от информационного фона, беречь себя, ни в чём не участвовать, остерегаться провокаций (или другими словами, но смысл тот же)».

Как мы знаем, таких ответов было 58, или 19% от общего числа.

Что нам известно про эту группу?

74% — полностью российские компании, 26% — имеют головной офис за пределами РФ.

28% — госкорпорации/компании из санкционного списка/компании, близкие к компаниям из санкционного списка (остальные 72% , соответственно, нет).

Очень «пёстрая» отраслевая принадлежность, можно найти компании практически из каждой отрасли, заявленной в общем массиве. Самые большие кластеры – IT (33% ), Retail FMCG и непродовольственный (8% ), услуги для бизнеса (12% ), финансы и производство потребительских товаров (по 9% каждый).

34% компаний из этой группы – крупные: в них работает больше 5.000 человек. Но эту же стратегию выбрали и многие маленькие компании (≈50 сотрудников – 12% , ≈ 100 сотрудников – 17% ). 72% компаний – московские, 10% — управляются из головного офиса не в России, оставшиеся проценты – Санкт-Петербург и другие российские миллионники.

17% компаний из этой группы раньше не запускали внутреннюю коммуникацию «никогда», но сочли происходящее достаточно серьёзным, чтобы выйти с сообщением сейчас. 45% компаний из этой группы запускают внутреннюю коммуникацию «часто», 38% — «иногда».

В 64% компаний руководители – «только мужчины» и «преимущественно мужчины», в 12% — «только женщины» и «преимущественно женщины». 24% — 50 на 50. На самом деле, то же соотношение наблюдается и по всему массиву ответов: 67% руководителей – «только мужчины» и «преимущественно мужчины», 12% — «только женщины» и «преимущественно женщины», 21% — 50 на 50, то есть, если у кого-то была гипотеза, что «быть осторожными» — это женская стратегия, то, она не подтвердилась.

В половине компаний сотрудникам не предложили ничего конкретного, в 15% — получить финансовую помощь/поддержку в релокации, в 32% — обратиться за помощью психолога за корпоративный счёт и/или получить психологическую помощь менеджмента. Двум респондентам, несмотря на общий посыл «закрыться от информации», предложили поучаствовать в сборе средств для помощи нуждающимся (для кого конкретно, мы не знаем).

80% респондентов из этой группы одобрили выбранный руководителями стиль коммуникации (меня это удивило, если честно). 10% — не одобрили, 10% — выбрали уклончивый ответ «Я не знаю, всё это сложно сейчас». Верным оказывается логичное предположение, что почти все ответы «не одобряю» принадлежат респондентам из компаний, в которых помощи сотрудникам не предложили.

Группа № 3: организованная коммуникация была, позиция компании — «Мы считаем, что ситуацию необходимо изменить».

Напоминаю, здесь у нас 23 компании, или 8% от общего числа.

44% компаний – московские, 26% — управляются из головного офиса не в России, оставшиеся проценты распределены между другими российскими городами довольно равномерно. «26% иностранных компаний» — вполне ожидаемый, и самый высокий показатель в этой категории: в среднем по всему массиву их было 11%, и в других группах значение также находится в диапазоне 8-11% .

По отраслям: самые большие кластеры – IT и услуги для бизнеса, по 39% (9 компаний) каждый. 9% (всего 2 компании) – сектор «Образование/книгоиздание/СМИ»; напоминаю, что в целом в исследовании у нас 20 таких компаний. По одной компании – FMCG Retail, финансы и энергетика.

Что ещё нам известно? Информация по размеру компаний и городам – совпадает с характеристиками всего массива. В двух компаниях с корпоративной коммуникацией по социальным поводам раньше не выходили «никогда», в остальных – примерно поровну представлены ответы «иногда» и «часто». Гендерный состав – как по всему массиву. То есть, снова, если у нас была гипотеза, что «за изменение социальной ситуации» выступят, в основном, женщины (как пошутили в комментариях к опросу, «проверяете гипотезу, что мир не богоспасаемый, а бабоспасаемый?») – то, нет. Про отсутствие связи ответов со средним возрастом менеджмента я уже говорила.

Что людям предложили? В 40% случаях И финансовую поддержку, И помощь в релокации, И психолога. В 25% — только психолога. В 35% — ничего.

В этой группе не было НИ одного варианта ответа «полностью не одобряю» или «скорее не одобряю». И здесь у нас самый высокий процент ответов «Полностью одобряю» — 65% .

Группа № 4: организованная коммуникация была, смысл её передать сложно, позиция компании — «Давайте поддерживать друг друга и надеяться на лучшее».

Напоминаю, здесь у нас 70 компаний, или 24% от общего числа.

73% компаний – российские, и 27% — имеют головной офис за пределами РФ.

16% компаний, прибегнувших к этому стилю – госкорпорации и/или компании, связанные с госкорпорациями/компаниями из санкционного списка.

Самый большой кластер – IT (40% , 28 компаний), второй большой кластер – услуги для бизнеса (14% , 10 компаний), остальное – по паре-тройке компаний из абсолютно всех секторов.

Традиционно, в малом количестве компаний вышли с коммуникацией сейчас, хотя раньше не выходили «никогда» (около 15% ), остальное – поровну между «иногда» и «часто». Наши стандартные цифры по гендерному составу: 67% — «мужской», 9% — «женский», 24% — паритет.

53% — никакой помощи не предложено, 26% — психологическая, 18% — финансовая и/или поддержка в релокации, 3% — предложили сделать пожертвование.

Одобряющих – «полностью» или «скорее» — у нас здесь 50% . Не одобряющих – 19% . Большой процент – 31 – тех, оценивая коммуникацию со сложно передаваемым сообщением, выбирает не ответ с одобрением или неодобрением, а симметричное «я не знаю, всё это сложно сейчас»: )

Среди тех, кто получил предложение помощи, одобрение действий менеджмента в 1,7 раза выше, чем среди тех, кто не получил: 35% против 61% .

По городам, по масштабу компаний, по среднему возрасту менеджмента и опрошенных – отклонений от характеристик массива нет.

Группа № 5: организованная коммуникация была, её цель – координация по деловым вопросам.

Респонденты из этой группы выбрали ответ, который дословно звучит так: «Да, специальная кризисная коммуникация была, но только про бизнес: продажи, перестройка работы, сокращения; социально-политические темы — не поднимались».

Напоминаю, таких ответов у нас 59, что составляет 20% от общего числа.

Итак, 75% — полностью российские компании, 25% — имеют головной офис за пределами РФ.

22% — госкорпорации или компании, сотрудничающие с ними и/или компаниями из санкционного списка.

Кластеры «IT» и «Услуг для бизнеса» снова самые большие, около 20%, остальные компании делят между собой небольшие сегменты, соответствующие их представленности в общем массиве.

Интересно, что в 37 компаниях из 59 (63%) социально-ориентированные коммуникации раньше запускали «иногда» (29%) или «часто» (34%), но в этот раз от них отказались. Впрочем, будем справедливы: опрос длился три дня, с 28.02 по 2.03; вполне возможно, бизнес-ориентированная коммуникация – first things first, а коммуникация поддержки – подъехала позже. С другой стороны, я не уверена, что это — верный тайминг: как показывает поле комментариев в свободной форме, многие хотели поделиться эмоциями, иногда – зашкаливающими; многие были благодарны за возможность рассказать кому-то о том, как им сейчас тяжело, и за то, что кому-то это не безразлично :(И я рада, если смогла создать для кого-то хотя бы небольшое чувство «человека рядом», но, мне жаль, что в этот момент с людьми не были их родные директора.

В 22 компаниях (37%) к социально-ориентированным коммуникациям не прибегают никогда, не прибегли и в этот раз. Доля «мужского» менеджмента в этой группе чуть выше, чем по массиву, но незначительно (75% против 67%).

Ну и, в общем, логично, что в 78% случаев никакая помощь предложена не была: «Спрашивай не о том, что Компания может дать тебе, а о том, что ты можешь дать Компании» :) Компании, которые предложили помощь, в половине случаев предложили психологическую поддержку, а в половине – финансовую + помощь в релокации.

Процент одобрения в этой группе – 64%, неодобрения – 17%, такую обратную связь как «я не знаю, всё это сложно сейчас» — дали 19% респондентов из этой группы.

Из тех респондентов, кому предложили помощь, действия компании одобряют 83%. Из тех, кому помощь предложена не была – 56%.

Группа № 6: никакой организованной коммуникации не было.

И вот нам осталось описать группу, в которой менеджмент отказался от коммуникации, по крайней мере, о таком положении дел сообщили наши респонденты в период с 28.02 по 02.03.

Таких компаний – 83, что составляет 28% от общего числа.

82% — полностью российские, 18% — с головным офисом в другой стране.

77% — не госкорпорации и никак с ними и/или компаниями из санкционного списка не связаны.

По отраслям: круговая диаграмма представляет собой практически равномерно нарезанный «тортик», процент IT-сектора почти в 2 раза меньше, чем по всему массиву – 14 против 27. (Для справки, вырезку коммуникационных стратегий конкретно по IT-сектору я приложу в конце.)

Для 47% компаний отказ от социально-ориентированной коммуникации здесь – привычная стратегия, они и раньше никогда к ней не прибегали. 43% компаний прибегают к социально-ориентированной коммуникации «иногда», но в этот раз не стали (по крайней мере, в границах указанного временного интервала). 10% компаний прибегают к коммуникации «часто», но в этот раз – не захотели или не смогли.

По гендеру, городу, величине компании, возрасту и др. – отклонения от общих характеристик массива незначительные. Логично, что и помощь в 95% случаев предложена не была, в 5% случаев – ситуативную психологическую помощь предложили непосредственные руководители на местах.

47% респондентов из этой группы к такому поведению своих руководителей отнеслись неодобрительно.

16% — одобрили.

37% — не определились со своей оценкой (в принципе или на момент опроса) и выбрали в качестве ответа на вопрос о своём отношении «Я не знаю, всё это сложно сейчас».

Корреляция одобрения и поддержки в этой группе слабая. Среди 13 респондентов, выбравших варианты «полностью одобряю» и «скорее одобряю», психологическую поддержку от непосредственных руководителей получили только двое.

Ещё два замечания и переходим к резюме.

Я предложила респондентам назвать свои компании – по желанию. Эта информация раскрываться не будет. Назвать свои компании согласились 18% всех респондентов (55 человек из 297), из них около 60% оценивают действия своих руководителей как «полностью одобряю» и «скорее одобряю».

Если исключить из рейтинга полярные позиции «ситуация развивается в правильном направлении» и «ситуацию необходимо изменить», то самый высокий рейтинг одобрения был у позиции «просим закрыться от информационного фона» (её одобрили 80%), потом идёт координация бизнес-вопросов без обсуждения социальных аспектов (64%), потом – коммуникация поддержки выраженная без сформулированной позиции (50%), отказ менеджмента от организованной коммуникации одобряют 16% опрошенных.

Вырезка коммуникационных стратегий конкретно по IT-сектору:

Резюме

Простые гипотезы типа «женщины чаще, чем мужчины…» или «люди 35 лет чаще, чем люди 55 лет» — не подтвердились. Я проверила, не будут ли респонденты чаще одобрять выбранный менеджментом стиль коммуникации там, где разница в возрасте между руководителями и респондентами 0 -10 лет, а не там, когда она 15-25 лет — но и такого отличия моё исследование её не показывает (вполне возможно, просто не обладая нужной для этого чувствительностью).

Честно говоря, больше всего лично меня удивило настолько большое количество ответов в группе «Никакой коммуникации». Да и в группе «Закрыться от информации». Это грустно.

Да, возможно, это просто проблема тайминга, и компании вышли с поддержкой позже, но, в любом случае, они упустили возможность быть с людьми тогда, когда они были этим людям нужны. И дело не только в прямом неодобрении сотрудников, но и в упущенной возможности стать для них кем-то значимым:… а как же все разговоры о корпоративной культуре, о HR-бренде, о корпоративной ДНК? Очень странно, если в спокойное время компания – рядом с сотрудниками, пляшет с ними на тимбилдинге и приглашает их покормить собачек, а во время эмоционально сложного периода – пробегает мимо, опустив глаза.

С другой стороны, я понимаю, что 300 анкет – это не очень много, и, чтобы мои исследования были максимально информативными, нужно 3 000 ответов или 30 000, а, значит, чисто технически, у нас есть возможность сохранить некоторый оптимизм.

Я хочу продолжать исследовать то, что происходит, так, как описано на этом лендинге. Если вам интересно, оставайтесь на связи.

P. S. Кстати, чуть позже я провела ещё один простой опрос по сравнительной оценке корпоративных коммуникаций во время спецоперации vs. во время пандемии: в нём приняли участие 278 человек, и 29% считают, что текущие коммуникации организованы хуже, чем в пандемию, 16% — что лучше, чем в пандемию, 33% респондентов выбрали ответ «так же хорошо, как и в пандемию», и 22% — «так же плохо».

0
Комментарии
Читать все 0 комментариев
null