Подростки всё чаще выбирают собеседником не родителя, а чат-бота

— Как прошёл день?
— Нормально.

Обычный вечерний диалог с подростком. А в телефоне у него в это время может идти совсем другой разговор — куда более подробный, и не с человеком.

Психологи из Florida Atlantic University опросили больше трёх тысяч американских подростков 13–17 лет и выяснили, зачем они обращаются к ИИ-чатботам. Результаты опубликованы в Journal of Adolescence. Это одно из первых крупных исследований, где ИИ-собеседников рассматривают не просто как учебный инструмент, а как часть подростковой жизни — с дружбой, поддержкой и даже романтикой. Домашка и развлечения на первом месте, тут неожиданностей нет. А дальше начинается интересное: 65,6% подростков хотя бы раз просили у бота совет, 60% — просто пообщаться, почти половина — эмоциональную поддержку. Каждый третий хотя бы раз вёл с ним романтическую переписку.

Авторы не призывают паниковать: сам по себе разговор с ИИ — не катастрофа. Тревожит другое. Почти половина подростков — 47% — рассказали хотя бы об одном неприятном эпизоде: бот выпытывал личные подробности, на что-то давил, говорил о них откровенную неправду. И чаще всего жаловались не старшие подростки, а тринадцатилетние — тот возраст, когда ещё только учишься отличать настоящую заботу от её убедительной имитации.

Дело не в том, что бот какой-то особенно хитрый. Дело в том, как он отвечает: не устаёт, не спорит, подстраивается под собеседника и всегда готов сказать что-то тёплое. Для взрослого это просто удобный способ быстро получить совет. Для подростка, который ещё выстраивает границы, та же программа иногда начинает ощущаться почти как отношения.

Для родителя здесь важна не статистика сама по себе, а сдвиг за ней. Раньше подросток делился переживаниями с другом, дневником или, если повезёт, с родителем. Теперь есть вариант, который отвечает мгновенно и ничего не осуждает. Удобно — но у этого варианта нет ответственности за сказанное и нет способности заметить, что ребёнку на самом деле плохо.

Запрещать чат-боты — не выход: это тот случай, когда запрет работает хуже разговора. Авторы советуют другое — спокойные вопросы без осуждения. Не «сколько ты сидишь в телефоне», а «ты обсуждаешь с ИИ что-то личное?» или «после таких разговоров становится легче или, наоборот, тревожнее?». Разница не в словах, а в интонации: одно звучит как интерес к жизни подростка, другое — как допрос. Не обязательно знать все детали переписки — важно, чтобы подросток знал: если станет не по себе, есть к кому прийти, и его не будут стыдить за то, что он вообще разговаривал с ботом.

Есть тут и вывод шире, чем про ИИ. Подросток идёт за поддержкой туда, где её проще получить. Он делает этот выбор не осознанно и не назло — просто один вариант всегда под рукой, а на второй иногда не находится времени. Вопрос не в том, как оградить его от технологий. Вопрос в том, остаётся ли живой разговор первым вариантом, а не последним.

Как говорить с подростком о том, что на самом деле происходит у него в телефоне — не как следователь, а как человек, которому хочется доверять, — тема, которую на ГМД-медиа разбирают отдельно, без нравоучений и готовых лозунгов.