Легенда о Юки Онна.

В одной деревне в провинции Мусаси жили два дровосека: Мосаку и Минокичи. Мосаку был человеком преклонных лет, а его подмастерье Минокичи был юношей восемнадцати лет от роду. Каждый день они вместе шли в лес, который был в пару часов от деревни, на середине пути протекала широкая и быстрая река, на месте старого моста устроили обыкновенную лодочную переправу.

Однажды очень холодным зимним вечером Мосаку и Минокичи, будучи на пути домой, были застигнуты сильной снежной бурей. С трудом они все же добрались до переправы, но тут обнаружили, что лодочник куда - то ушел, оставив лодку на другой стороне реки.

Перебраться на противоположенный берег не представлялась возможности без помощи паромщика. Было решено заночевать в маленьком шалаше перевозчика.

Старик заснул почти сразу, но Минокичи долго еще лежал бодрствуя, вслушиваясь в завывание ветра и нескончаемый шелест снега. Но постепенно усталость взяла свое, и он тоже уснул. Пробуждение было внезапным и неприятным. Снег хлестал в лицо молодого человека. Дверь шалаша была сорвана, и в снежных отблесках Минокичи увидел рядом с собой женщину во всем белом. Она, склонясь над Мосаку, дула ему в лицо, при этом ее дыхание было похоже на блестящий белый туман. Затем она повернулась к Минокичи и наклонилась над ним.

От страха он попытался закричать, но не смог издать ни звука. А белая женщина все склонялась над ним: ниже и ниже, пока ее лицо почти не коснулось его собственного. И хотя глаза неожиданной гостьи приводили в ужас, Минокичи заметил, как она красива и грациозна.

Некоторое время женщина в упор смотрела на него, потом улыбнулась и прошептала:

— Я собиралась поступить с тобой так же, как с тем стариком. Но мне не побороть чувство жалости к тебе: уж больно ты молод. К тому же ты симпатичный парень, Минокичи, поэтому я не причиню тебе вреда… сейчас. Но если когда-нибудь ты скажешь кому угодно, хоть своей матери, о том, что ты видел этой ночью, я узнаю об этом и приду. Запомни, что я тебе сказала.

С этими словами она отвернулась от него, выпрямилась и выскользнула в дверное отверстие. Тотчас юноша почувствовал, что снова может двигаться. Он закричал, вскочил и осмотрелся. Женщины в белом нигде не было видно. Лишь снег с силой врывался внутрь шалаша.

Минокичи как мог снова привязал дверь негнущимися пальцами и подпер ее несколькими вязанками дров. Ему стало казаться, что все увиденное было всего лишь сном.

К утру буря утихла, вернулся лодочник и переплыл на другой берег. Зайдя в шалаш, он наткнулся на два тела: Минокичи лежал без чувств рядом с окоченевшим Мосаку.

Юношу отнесли в деревню, где проворно оказали необходимую помощь.

Вскоре он пришел в себя, но еще долго болел из-за того, что сильно простудился в ту ужасную ночь. Когда Минокичи поправился, он снова вернулся к своему занятию. Теперь уже один он ходил каждое утро в лес и затемно возвращался домой с вязанками дров. А на следующее утро его мать относила их на рынок и там продавала.

Прошел год. Наступила еще одна зима. Однажды вечером по пути домой Минокичи нагнал девушку, идущую по той же дороге...

Прошел год.

Наступила еще одна зима. Однажды вечером по пути домой Минокичи нагнал девушку, идущую по той же дороге.

Юноша приветствовал ее, и она ответила голосом, радующим ухо, как пение весенней птицы. Девушка была высокая, стройная и очень хорошенькая. Минокичи пошел рядом с ней, и они разговорились.

Он узнал, что ее зовут О-Юки. Слушая ее, молодой человек почувствовал, что очарован этой странной девушкой» а чем больше он на нее смотрел, тем красивей она ему казалась. Поборов неловкость, он спросил, не обручена ли она с кем-нибудь. О-Юки засмеялась в ответ и сказала, что нет, она полностью свободна. Затем в свою очередь поинтересовалась, не женат ли Минокичи и не собирается ли жениться. Он отвечал, что тоже нет, потому что он еще очень молод. Так они шли и молчали довольно долго, но, как гласит поговорка: «Когда есть желание, но нет слов, глаза могут сказать так же много, как и губы». Подойдя к деревне, Минокичи, чувствуя, что не хочет расставаться с девушкой, пригласил ее отдохнуть немного в их доме.

После недолгого застенчивого колебания О-Юки согласилась и пошла с ним. Мать юноши приветливо ее приняла и приготовила для всех теплую еду.

Девушка вела себя так скромно и говорила со старой женщиной так ласково и обходительно, что мать Минокичи вскоре почувствовала к ней любовь и привязанность. Она даже уговорила О-Юки отложить путешествие в Эдо и погостить у них несколько дней. В результате всего этого, как вы сами, наверное, догадались, девушка так никогда и не попала в Эдо. Она осталась в доме Минокичи в качестве его жены. О-Юки оказалась хорошей молодой хозяйкой и почтительной невесткой.

Шли годы, и семья дровосека стала большой: О-Юки родила Минокичи десять детей - пять мальчиков и пять девочек.

Как и у их матери, у них была очень светлая кожа, а своей красотой они вызывали зависть всех соседей. Большинство крестьянских женщин старели очень рано, но она, даже несмотря на то, что стала матерью десятерых, выглядела такой же молодой и свежей, как в тот день, когда она впервые вошла в эту деревню. И все соглашались, что Минокичи сказочно повезло в жизни.

Однажды вечером, после того как дети были отправлены спать, О-Юки села за свое шитье.

Муж долго смотрел на нее при свете бумажной лампы и наконец произнес:

— Глядя на тебя, вот так склонившуюся над работой, с лицом, едва различимым в этих слабых бликах, я вспоминаю один странный случай, который произошел со мной, когда мне было восемнадцать лет. Тогда я увидел существо, столь же прекрасное, как ты сейчас. В самом деле оно было очень похоже на тебя.

Не поднимая глаз от шитья, О-Юки попросила:

— Расскажи мне об этом. Что ты видел?

И Минокичи рассказал ей о той давней ужасной ночи в шалаше перевозчика:

— Во сне или наяву, но лишь единственный раз в жизни я видел женщину такую же красивую, как ты. Конечно, тогда это было не человеческое создание, и я ее очень боялся. Очень! Ведь она была вся такая белая! До сих пор я не знаю, приснилось ли мне все это или действительно то была Снежная Женщина.

Раздался пронзительный женский крик.

О-Юки отшвырнула шитье, вскочила и наклонилась над сидящим Минокичи:

— То была я! Я! Я! - кричала она, - Это была О-Юки! И я предупреждала, если когда-нибудь скажешь хоть одно слово об этом!..

Но ради детей, спящих там, я не наврежу тебе. Так что теперь смотри за ними, очень хорошо смотри и заботься о них. И если у них появится причина быть тобой недовольными, я сделаю то, что было обещано!

Ее голос становился все выше и тоньше, превращаясь в стон и завывание зимнего ветра, а сама Юки Онна начала исчезать, становясь блестящим белым туманом. Он витками поднялся к деревянным брусьям, что поддерживали крышу, и вылетел через отверстие для дыма. Больше ее никто не видел.

Легенда о Юки Онна — тут можно посмотреть анимированную легенду.