ОТКУДА В ТЕКСТАХ НА VC.RU БЕРЕТСЯ МИР

Лента на vc.ru, как и на других площадках, изменилась не резко. Если читать её каждый день, перемена почти не видна. Потом открываешь статью шестилетней давности и замечаешь другой воздух.

Автор пишет о бизнесе, сворачивает в эволюционную биологию, вытаскивает пример из физики, через абзац вспоминает античную историю. Всё к месту. Раньше для таких прыжков требовались годы чтения и привычка долго держать в голове вещи, которые никак не связаны с текущей работой. Теперь это стало обычным.

Поменялся не автор. Поменялся склад, с которого он забирает материал.

Хорошие тексты редко рождаются из одних мыслей. Они растут из мусора, который годами лежит в памяти без всякой пользы: из плацкартного вагона, очереди в поликлинике, совещания, где двадцать взрослых людей два часа обсуждают вопрос, ответ на который был известен с первой минуты; из запаха мокрой штукатурки в новой квартире, ночи перед выплатой зарплаты, человека, которого собирался забыть через неделю, а вспоминаешь через двадцать лет.

Жизнь неэкономна. Почти всё увиденное пропадает зря. Потом одна деталь вытаскивает рассказ, статью, иногда целую книгу.

Рядом с жизнью появился ещё один поставщик. Он не знает запаха мокрой штукатурки, но знает тысячи текстов, где этот запах уже описан. Не стоял ночью в приёмном покое, зато прочитал воспоминания врачей, пациентов и санитаров. Не открывал завод, зато собрал всё, что написали люди, открывавшие заводы. Он не забывает, не устаёт и всегда приносит материал вовремя.

Автор всё меньше добывает и всё больше выбирает.

Охота и супермаркет тоже заканчиваются мясом. Только мясо разное.

ИИ приносит не мир. Он приносит мир, уже прошедший через чужие головы.

Есть статистика разводов, но нет звука ключа, который в последний раз поворачивается в двери. Есть исследования бедности, но нет человека, машинально пересчитывающего мелочь перед кассой, хотя он уже лет десять может этого не делать. Есть сотни книг о смерти, но нет запаха квартиры, где после похорон впервые открыли окно.

Литература всегда собирала мир по мелочам. Журналистика тоже. Память не архивирует события. Она почему-то сохраняет кривую чашку, неловкую паузу, фразу, сказанную не тому человеку, сломанный ноготь, старую квитанцию, найденную в кармане зимней куртки. Из этого и вырастают тексты.

ИИ способен подобрать такую деталь. Он знает, какие детали обычно работают. Может предложить ключ, окно, больничный коридор, мелочь у кассы. Всё будет точно, узнаваемо и немного правильно.

Это похоже на изображение с камеры наблюдения. Она видит многое. Иногда больше человека. Но только через свой объектив.

Или на дверной глазок. Через него тоже видно улицу. Можно разглядеть людей, машины, погоду. Но прожить жизнь через дверной глазок невозможно.

Раньше между миром и текстом стоял автор. Он видел, забывал, путал, ошибался, годами носил в себе ненужное, пока оно не соединялось с чем-то ещё.

Теперь между миром и автором всё чаще стоит ИИ. Он заранее объясняет увиденное, раскладывает его по темам, находит аналогии, подбирает примеры и выдаёт аккуратно упакованную реальность. Автору остаётся выбрать, что ему подходит.

Такие тексты могут быть умнее прежних. В них больше связей, фактов, неожиданных сравнений. Человек за один вечер получает материал, который раньше собирался годами. Потеря обнаруживается не сразу. Текст хорош, мысль ясна, примеры на месте. Только мир в нём уже побывал в переработке.

Скоро никто не станет спрашивать, писал ли автор с ИИ. Это будет звучать примерно как вопрос, пользовался ли он поисковиком.

Спросят другое.

Что в этом тексте человек принёс из собственной жизни?

Или всё остальное кроме центральной идеи приехало из чата?

И долго ли ещё в этом творчестве нужен будет человек-автор — не как редактор текста, а как свидетель жизни?