Глава 12. Уроки духа-наставника.

В заброшенном храме, где стены были покрыты фресками павших богов — их лица стёрты временем, но взгляды всё ещё следили за каждым движением, — его ждал он. Дух‑наставник — не Шикари, а иной: тень с глазами из звёздной пыли, с телом, сотканным из лунного света и теней забытых сражений. Его очертания менялись, словно он не мог удержать одну форму, то превращаясь в высокого воина, то сжимаясь до силуэта ребёнка. — Ты пробудил силу, но не понимаешь её, — произнёс дух, и его голос звучал, как звон разбитых колоколов, как эхо тысячелетий. — Ты владеешь магией, но не знаешь её языка. Я покажу тебе пути. Следующие месяцы Яртоаэль проводил в двух мирах, разрываясь между светом и тьмой, между памятью и забвением. В Киаре он учился поглощать магию существ — не как охотник, а как алхимик, смешивающий эликсиры силы. Он находил последних фениксов, чьи перья всё ещё хранили отблески первозданного пламени. Он не убивал их — он заставлял их отдавать силу, вырывая сердца, которые горели, как маленькие солнца, и впитывая их пламя бессмертия. Его кожа покрывалась огненными рунами, а в глазах вспыхивали искры, способные воспламенить саму тьму. Он ловил фей — хрупких созданий с крыльями, переливающимися, как мыльные пузыри. Он растворял их крылья в своих ладонях, чтобы обрести способность к иллюзиям — теперь его тень могла принимать любую форму, а голос звучать как тысячи голосов. Он пил воду из источников, где обитали духи воды, и его прикосновения стали холодными, как лёд, способными заморозить душу. В мире людей он скрывался в трущобах — там, где свет солнца не достигал дна отчаяния. Он наблюдал за человеческими пороками, за тем, как страх и голод превращают людей в зверей. Он видел, как отец убивает сына за кусок хлеба, как мать продаёт дочь за горсть монет, как жрец продаёт священные реликвии, чтобы наполнить свой карман золотом. И он понимал: люди — это он, только слабее. В них тоже горит огонь, но они боятся его, прячут, гасят. А он — не будет. Дух‑наставник давал знания, но не мораль. Его уроки были острыми, как клинки, и холодными, как звёзды. — Сила — это право, — говорил он, и его глаза вспыхивали, отражая миры, которых Яртоаэль ещё не видел. — Страх — это власть. Ты — мост, но мост можно использовать для разрушения. Ты можешь вести армии, ты можешь стирать города, ты можешь заставить богов склониться. Но помни: сила без мудрости — это безумие. Яртоаэль слушал, впитывал, но не всегда понимал. Он чувствовал, как в нём растёт что‑то древнее, что‑то, что не принадлежит ни Киару, ни миру людей. Это было его — его сущность, его судьба. Однажды, когда они стояли на краю пропасти, где внизу клубился туман, сотканный из душ погибших, Яртоаэль спросил: — Почему ты помогаешь мне? Что ты хочешь от меня? Дух улыбнулся — его лицо на мгновение стало лицом Калиханы, её глаза, полные любви и боли, посмотрели на него. Но тут же облик исказился, превратившись в оскал, в котором смешались ярость и насмешка. — Потому что даже тьма нуждается в учителе, — ответил он, и его голос прозвучал как шёпот ветра, как стон забытых богов. — Потому что ты — ключ. Ты — тот, кто может открыть двери, которые давно должны были быть закрыты. Ты — начало и конец. Яртоаэль почувствовал, как внутри него что‑то дрогнуло. Он хотел спросить ещё, но дух уже растворялся в тумане, оставляя после себя лишь мерцающие следы, похожие на звёздную пыль. В ту ночь Яртоаэль спал, и ему приснился сон. Он стоял на вершине горы, а вокруг него кружились миры — Ари, сияющий, как драгоценный камень, Киар, пылающий, как вулкан, мир людей, дрожащий, как лист на ветру. И над ними всеми висело солнце‑мать, но его свет был тусклым, почти угасшим. А где‑то вдали, за пределами всех миров, он увидел что‑то — огромную тень, которая ждала. Ждала его. Когда Яртоаэль проснулся, в его руке была зажата руна — чёрная, как ночь, с багровыми прожилками. Она пульсировала, словно сердце. — Это только начало, — прошептал он, и в его глазах вспыхнул огонь, который уже нельзя было погасить.

Следующая глава: https://vc.ru/id5587586/2721992-glava-13-krovavyi-rascvet