Голод, которого как будто нет

Если формально калорий хватает, значит ли это, что проблемы голода больше нет?

50 лет назад большая часть человечества систематически недоедала, и современная ситуация по меркам истории выглядит почти удивительно благополучно.

Сложность в том, что средние цифры скрывают разрыв между регионами и типами фермерства. Северное полушарие производит еду примерно на пределе того, что позволяет технология: крупные хозяйства, развитая агрономия и доступ к семенам и удобрениям.

Южное полушарие работает в среднем на уровне около 40% своего потенциала, при этом обеспечивает примерно треть мировой еды и около 80% продовольствия для собственного населения. За этой разницей стоит не только климат: фермеры Юга — это в массе своей мелкие семейные хозяйства, с разрозненной инфраструктурой, слабым доступом к современным сортам и ограниченными финансовыми ресурсами.

Когда рушатся глобальные цепочки поставок, эта часть мира оказывается наиболее уязвимой, а дефицит калорий может возвращаться в самые неожиданные формы. Исследования показывают, что при росте дохода у людей с низким базовым потреблением часто ухудшается структура рациона: доступ к дешевым обработанным продуктам вытесняет из питания более питательные базовые категории, и общее количество макронутриентов — белков, сложных углеводов — снижается, даже если формальная калорийность остается в норме.

Как сельское хозяйство превратилось в одну из самых политически насыщенных технологических отраслей — слушайте в подкасте с Валерией Коган.