Владимир Семенюк

Сейчас сижу в модном коворкинге на Бали. Негромкая приятная музыка, вкусные ароматы в воздухе, красивое освещение....

Аккуратно наблюдаю за окружением.

Всего 72 часа от релиза до полного shutdown по директиве об экспортном контроле.

Причина – предполагаемый jailbreak и угроза национальной безопасности.

Я насчитал четыре параллельных вселенных в IT.

Раньше думал, что их две. Но считайте вместе со мной:

По исследованию MIT, именно столько компаний не видят возврата инвестиций от внедрения AI.

Давайте разбираться, почему так выходит.

По оценке isaiprofitable, к маю 2026 года крупные AI-компании и инфраструктурные игроки потратили около $1,4 трлн.

Выручка составила около $613 млрд.

На днях Сэм Альтман заявил, что ожидаемого «jobs apocalypse» пока не случилось. AI не забрал столько офисных рабочих мест, сколько он ожидал.

Это легко прочитать как успокаивающую новость.

Но давайте разбираться.

Мой менти был Head of R&D в E-Com’е. На момент начала сотрудничества со мной он работал почти полностью в ручном режиме:

Правильное отношение к ИИ – как к мультипликатору зрелости.

«Ноль» на координатной оси зрелости лежит примерно на третьем-четвертом уровне зрелости процессов по CMMI.

Мы видим массовые увольнения, сокращение целых функций, пересборку ролей вокруг AI и попытки делать больше меньшими командами.

Происходит полная противоположность сумасшедшему найму предыдущих 10 лет.

Буду рассказывать, как передовые инженерные команды становятся AI-native.

В качестве основы будет взят мой опыт работы с клиентами из США и Израиля. Рассмотрим как меняются роли руководителей, инженеров и даже целых отделов. И за счет чего удается перейти от использования AI-инструментария к AI-native работе.

Первая проблема: токены стали KPI.

Разговаривал с инженером из крупного вендора по кибербезопасности.

Задумайтесь об истоках роли инженера.

На заре любой индустрии, до разработки типовых шаблонов, инженеры брали задачу целиком. Например: построить мост или сделать автомобиль.