Что такое медиация? Или как регулировать споры между медицинскими учреждениями и пациентами?

Профессиональный медиатор, заместитель генерального директора, руководитель практики юридическая безопасность бизнеса/медиация юридического центра «Статус-Кво» Екатерина Швец
В закладки

Прошло более семи лет с момента вступления в силу Федерального закона № 193-ФЗ «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)» (далее по тексту – Закон о медиации), тем не менее активное повсеместное движение по развитию медиации в сфере здравоохранения началось сравнительно недавно. Инициатором такого движения в масштабе всей страны выступила Национальная медицинская палата во главе с ее Президентом Леонидом Рошалем. Базируясь на опыте западных стран, в частности США, Англии, Германии, согласно официальной статистике которых в досудебном порядке происходит разрешение более 80% всех спорных ситуаций в сфере медицинских услуг, была утверждена концепция развития медиации в здравоохранении РФ.

Так, в частности, при Медицинской палате Бурятии, Медицинской Ассоциации Чувашской Республики созданы Центры медиации (досудебного урегулирования конфликтов).

Так что же такое «Медиация» и насколько необходим данный институт сфере оказания медицинских услуг?

Медиация представляет собой способ урегулирования споров при содействии независимого нейтрального лица (медиатора) на основе добровольного согласия сторон в целях достижения ими взаимоприемлемого решения. Следует отметить, что Медиацию нельзя отнести к органам или институтам, совершенно чуждым, искусственно насажденным на российскую почву. Ее можно считать несколько эволюционировавшим продолжением ранее существовавших в истории нашей страны институтов.

Прообразами института медиации принято считать дореволюционные мировые суды, коммерческие суды, комиссии по трудовым спорам, товарищеские суды советского периода российской истории. В приведенных примерах, дела рассматривались непрофессиональными юристами: в качестве мировых судей не всегда выступали юристы, дела в коммерческих судах велись опытными предпринимателями, также как и в комиссиях по трудовым спорам участвовали представители администрации и профсоюза.

Ныне действующим Законом о медиации установлено, что функции медиатора могут осуществляться как на профессиональной, так и на непрофессиональной основе.

Кто может стать медиатором?

На непрофессиональной основе данной деятельностью могут заниматься лица, достигшие возраста 18 лет, обладающие полной дееспособностью и не имеющие судимости. Осуществлять деятельность медиаторов на профессиональной основе могут лица, достигшие возраста 25 лет, имеющие высшее профессиональное образование и прошедшие обучение в соответствии с программой подготовки медиаторов, утвержденной в установленном порядке. Деятельность медиатора не относится к предпринимательской и не лишает ее субъекта права осуществлять любую иную не запрещенную законодательством РФ деятельность. В то же время, медиаторами не могут быть лица, замещающие государственные должности РФ, государственные должности субъектов РФ, должности государственной гражданской службы, должности муниципальной службы, если иное не предусмотрено федеральными законами.

Как следствие, процесс медиации представляет собой специально выстроенную процедуру под руководством нейтрального лица – медиатора, главенствующей целью которой, посредством обеспечения конструктивного диалога, обеспечить разрешение возникшего конфликта на удобоваримых для сторон условиях. В случае достижения сторонами консенсуса, он оформляется в так называемое «медиативное соглашение», исполнение которого также строится на доброй воле сторон.

Примечательным является тот факт, что в большинстве случаев медиативные переговоры сопряжены с общением медиатора с каждой из сторон спора наедине («с глазу на глаз»). Использование данного механизма общения позволяет каждой из сторон спокойно и всесторонне осознать свои интересы, понять их состоятельность и объективность.

Что касаемо специфики споров, вытекающих из оказания медицинских услуг, то в первую очередь следует отметить основные особенности данной категории спорных ситуаций:

- достаточно широкий субъектный состав (в конфликт могут быть вовлечены не только пациент и медицинские организации, но и иные медицинские учреждения, отдельные врачи, сам персонал, контрагенты медицинского учреждения, в виде страховых медицинских компаний),

- широкий спектр оказываемых медицинских услуг, каждая из которых имеет свои специфические особенности.

Пациент выбирает прав

Следует обратить внимание, что в анализируемой категории спорных ситуациях не всегда пациент является слабой и «пострадавшей» стороной. Нередки случаи, когда из–за отсутствия грамотного документооборота, несвоевременного и небрежного заполнения медицинских документов пациента, халатного отношения лечащих врачей к своим профессиональным обязанностям, невозможности доказать свою невиновность медицинские организации становятся участниками судебных разбирательств и объектами критики в средствах массовой информации, несут ощутимые финансовые и репутационные потери.

Нередко именно ненадлежащее оказание медицинской помощи (в его субъективной интерпретации) становится причиной конфликта, инициируемого пациентом, что, как одна из сложных проблем, нуждается в своем адекватном разрешении.

Кроме того, даже на пути следования пациента – от регистратуры до кабинета врача – есть вероятность возникновения спора и разногласия, которые без своевременного вмешательства могут не только оказать влияние на имидж и деловую репутацию медицинской организации, но и подорвать ее финансовую устойчивость.

Многочисленные обращения пациентов в юридические компании за квалифицированной юридической помощью в спорах с медицинской организацией и в судебные инстанции свидетельствуют о нежелании и зачастую невозможности урегулировать конфликт в стенах лечебного учреждения.

В свою очередь, добровольный досудебный порядок урегулирования споров при помощи процедуры медиации является наиболее быстрым и наименее затратным способом урегулирования возникших конфликтов.

В случае возникновения конфликта между пациентами и медицинской организацией, когда недопонимание между сторонами грозит перерасти в судебное разбирательство, очень важно иметь четкое представление о дальнейших действиях по урегулированию спора, как с коммерческой, так и с юридической точки зрения.

Спор дошел до суда

Оценка перспектив судебного разбирательства данной категории споров должна базироваться на том постулате, что споры по делам в сфере здравоохранения отличаются специфичностью предмета разбирательства, неоднозначностью доказательственной базы (документов, доказывающих позицию той или иной стороны), сложностью получения достоверных доказательств и как следствие необходимостью проведения различных экспертиз. Кроме того, в суде правовой спор рассматривается по существу и разрешается исключительно с точки зрения буквы закона и системного толкования действующего российского законодательства, а также выработанных позиций правоприменительной практики, в итоге судебное решение может не устроить по каким-то позициям, как истца, так и ответчика, причем зачастую по разным причинам.

В результате в суде выигрывает одна сторона, но проигрывают обе.

Проигрыш состоит не только в потере времени, финансовых средств, эмоциональном перенапряжении и нежелательной для сторон конфликта огласке. В случае победы врача или медицинской организации в суде не всегда делаются объективные выводы из ошибок, что в дальнейшем может привести к новым конфликтам.Для проигравшего же дело пациента это заканчивается тягостным ощущением бессилия, разочарования, уверования в несправедливость существующего порядка. При иномсудебном исходе конфликта, когда пациент получил желаемое решение, зачастую он остается со своими проблемами «один на один», не разрешив их фактически.

В то же время, процедура медиации имеет неоспоримое преимущество по сравнению, с судебным способом. В частности, данная процедура позволяет обеспечить сохранение конфиденциальной информации, связанной с конфликтом, сохранение имиджа медицинской организации, а также деловой репутации врача, если это потребуется. С учетом современной прозрачной судебной системы при обращении в суд обеспечить это по общему правилу невозможно.

Следует отметить, что нередко в медицинских организациях, чаще всего интуитивно, используют отдельные медиативные технологии, не прибегая к профессиональной помощи медиатора. Так, популярным является заключение так называемого "мирового соглашения" между недовольным пациентом и медицинской организацией в лице врача, который оказал платную медицинскую услугу.

Тем не менее, примирение примирению рознь. Суть названного соглашения, нередко заключаемого в медицинской практике, сводится к тому, что пациенту возвращаются денежные средства, как правило, в полном объеме, потраченные им на услугу, которую он счел некачественной. Пациент же, в свою очередь, представляет заявление о том, что он не имеет претензий к медицинской организации, в которую обратился, и к врачу, непосредственно оказавшему ему услугу.

Однако в качестве недостатков такой практики следует отметить явно узкую сферу ее применения (например, в стоматологии или косметологии), зачастую при этом в отсутствие соответствующих финансовых возможностей для реализации подобных соглашений. Более того, при определенных условиях данную практику можно оценить как «порочную», поскольку активное ее распространение способно культивировать потребительский экстремизм и злоупотребления правами пациентов.

В чем главная суть медиации?

Цель же процедуры медиации, как указано в ст. 2 Закона о медиации, заключается в урегулировании спора.

Причем при урегулировании медиатором любого так называемого медицинского спора нет необходимости в заключении эксперта и (или) мнениях специалистов, которые могут вызвать определенные финансовые и временные затраты. Основным ориентиром в процедуре медиации для независимого и нейтрального посредника становятся личные потребности и интересы конфликтующих сторон.

Также следует выделить следующие медиативные принципы:

- принцип, определяемый в научной литературе термином «симплифицированности», т.е. простота и скорость самой процедуры, ее гибкость и неформальность;

- принцип ограниченности полномочий медиатора (медиатор не имеет полномочий навязывать спорящим сторонам свое решение спора);

- принцип не причинения вреда (данный принцип требует от медиатора избегать проведения процедуры, таким образом, при котором конфликт усугубится или его участникам будет нанесен вред);

- принцип особого внимания к интересам третьих лиц (данный принцип определяет обязанностьмедиатора убеждаться в том, что предполагаемый вариант урегулирования спора не причинит вред третьим лицам, например: детям, престарелым иждивенцам и т.д.);

- принцип профессиональной многопрофильности медиатора обязывает данное лицо обладатьопределенным набором профессиональных знаний в праве, психологии, конфликтологии.

Тем не менее, к сожалению, следует отметить, что широкое применение института медиации пока сдерживается его слабой освоенностью российским обществом и особенностями менталитета. Это же является перспективной нишей для реализации в сфере здравоохранения, однако при этом необходимо продолжить соответствующее просвещение среди медицинского персонала и пациентов. В этом вопросе серьезную помощь может оказать дополнение существующих в медицинских организациях типовых договоров оказания медицинских услуг медиативными оговорками (ст. ст. 2, 7 Закона о медиации).

Подводя итог всему изложенному, безусловно требует констатации тот факт, что не любой спор между медицинским учреждением и пациентом может быть разрешен при помощи процедуры медиации. Тем не менее, говоря о применении данной процедуры в медицине, следует также понимать, что речь идет не в последнюю очередь о культуре отношений в той сфере, где культура межличностных взаимоотношений должна быть на высоком уровне. Обеспечение такого уровня зависит от тех, чья профессия - слышать, сострадать и помогать.

Автор:
Екатерина Швец
Профессиональный медиатор, заместитель генерального директора, руководитель практики юридическая безопасность бизнеса/медиация юридического центра «Статус-Кво».

Материал опубликован пользователем. Нажмите кнопку «Написать», чтобы поделиться мнением или рассказать о своём проекте.

Написать
{ "author_name": "Юридическая компания Статус-Кво", "author_type": "self", "tags": [], "comments": 0, "likes": -2, "favorites": 7, "is_advertisement": false, "subsite_label": "legal", "id": 56761, "is_wide": false, "is_ugc": true, "date": "Mon, 28 Jan 2019 11:57:57 +0300" }
{ "id": 56761, "author_id": 200387, "diff_limit": 1000, "urls": {"diff":"\/comments\/56761\/get","add":"\/comments\/56761\/add","edit":"\/comments\/edit","remove":"\/admin\/comments\/remove","pin":"\/admin\/comments\/pin","get4edit":"\/comments\/get4edit","complain":"\/comments\/complain","load_more":"\/comments\/loading\/56761"}, "attach_limit": 2, "max_comment_text_length": 5000, "subsite_id": 199120 }

Комментариев нет 0 комм.

Популярные

По порядку

0
{ "page_type": "article" }

Прямой эфир

[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox_method": "createAdaptive", "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "bscsh", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "createAdaptive", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-1104503429", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?pp=h&ps=bugf&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid10=&puid21=&puid22=&puid31=&puid32=&puid33=&fmt=1&dl={REFERER}&pr=" } }, { "id": 15, "label": "Плашка на главной", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byudx", "p2": "ftjf" } } }, { "id": 16, "label": "Кнопка в шапке мобайл", "provider": "adfox", "adaptive": [ "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byzqf", "p2": "ftwx" } } }, { "id": 17, "label": "Stratum Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fzvb" } } }, { "id": 18, "label": "Stratum Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "tablet", "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fzvc" } } }, { "id": 19, "label": "Тизер на главной", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "cbltd", "p2": "gazs" } } } ]
Команда калифорнийского проекта
оказалась нейронной сетью
Подписаться на push-уведомления
{ "page_type": "default" }