Интервью с Сергеем Луневым, УБРиР: как попасть в топ-5 банков в РФ

Сергей Лунев, технический директор Уральского банка реконструкции и развития, и коммерческий директор Intelsy Татьяна Нечаева побеседовали на YouTube-канале «Специалисты про IT». Это интервью о том, какое место УБРиР занимает в топ-5 банков по цифровизации, и почему. О стратегии банка в IT , о планах, которым не суждено сбыться. О том, какая участь постигла Oracle и SAP в УБРиР. Сколько человек в IT-департаменте, и кто именно среди них: сеньоры, миддлы, джуны. Про индивидуальный план развития для сотрудников, и почему в УБРиР хорошо работается.

Интервью с Сергеем Луневым, УБРиР: как попасть в топ-5 банков в РФ

— Сергей, на сайте банка указано, что УБРиР входит в топ-5 российских банков по уровню цифровизации. Что это означает, и как измеряется уровень цифровизации?

— Да, в 2022 году сайт banki.ru проводил исследование на предмет того, насколько удобны, насколько цифровизированы и автоматизированы сервисы для клиентов банков, и какой перечень банковских услуг доступен по дистанционным каналам продаж: через мобильное приложение, через сайт, через интернет-банк. И, в итоге, был составлен рейтинг из 50 компаний. Мы (УБРиР) вошли в пятерку, а если точнее — заняли четвертое место.

— А что такое цифровизация банка, и как она измеряется?

— Цифровизация банка измеряется общим объемом банковских услуг по дистанционным каналам продаж и их удобству, в соответствии с опросами клиентов.

— Кто еще входит в пятерку лидеров?

— Первое место занимает Райффайзенбанк, на втором месте — ВТБ, Тинькофф — на третьем, и на пятом месте — МТС Банк.

Рейтинг banki.ru
Рейтинг banki.ru

— Чего вам не хватает, чтобы стать первыми?

— Отвечу, как человек, отвечающий за платформы и за платформенные сервисы. На мой взгляд, не хватает перестройки наших внутренних систем, наших core-систем банка. На текущий момент они немного замедляют наши процессы, делают их менее оптимальными. В рамках прошлого года, вместе с остальными моими коллегами, мы разрабатывали стратегию по бизнесовым направлениям, которая, в конечном итоге, в 2025 году должна была привести к тому, что устранятся все наши технические платформенные проблемы, и мы сможем предоставлять сервисы быстрее, качественнее, при этом сделаем их доступнее.

— Вы также входите в топ-15 самых инновационных банков, по версии Skolkovo. Расскажите про ваши инновации.

— Сложно говорить про инновации в прошлом году, ввиду последних событий. Но у нас достаточно большой пул таких проектов. У нас очень грамотно выстроен процесс появления, получения, привлечения ресурсов на внедрение инноваций.

Фонд Skolkovo проранжировал российские банки по уровню использования технологий и скорости запуска новых цифровых сервисов для клиентов. УБРиР занял 14 место в рейтинге.

Авторы рейтинга учитывали уровень роботизации процессов, смотрели на средневзвешенную оценку клиентов мобильного приложения, на количество скачиваний, а также брали во внимание работу банка с резидентами «Сколково».

— Приведите примеры, пожалуйста.

— У нас инновации делятся на две части. Первая — это то, что действительно новое, инновационное. Например, это проект с ЦБ РФ, в кооперации с другими банками. Новая база, в которой у клиента есть не только база из БКИ (бюро кредитных историй), база непосредственно самого банка, но также собирается информация из коалиции других банков, которые участвуют в этом проекте. Это, наверное, один из самых ярких примеров.

— А что-то внутри компании?

— Продвинутый алгоритм принятия решений по пред-одобрению кредита, то есть клиентская история анализируется, проверяются данные, поведение клиента, и «робот» принимает решение, какую сумму банк может предложить. Это делается для того, чтобы клиент понимал, на что он может рассчитывать, какую сумму он может получить, чтобы просто так в отделение банка не кататься и не заполнять анкеты, не стоять в очереди.

— Это связано с применением искусственного интеллекта?

— Отчасти, очень простенького ИИ. Вторая часть инноваций — это усовершенствование наших внутренних сервисов, которые немножко устарели. У нас есть специальный центр компетенций, в котором внедряются эти инновации: различные автоматизированные АТС, наши чат-боты в большом количестве, для всех направлений бизнеса и для внутренних нужд — для «рисков», для сервисов. За прошлый год было реализовано порядка 15 небольших проектов в рамках инноваций. Не всё сделали, что хотели, ввиду ситуации.

— Я знаю, что вы очень сильно были завязаны Oracle и SAP. Сейчас c них переходите на какие-то другие системы?

— Да. У нас огромная и достаточно обширная экспансия была по замене нашей шины с api. Мы переходили на Kafka Apache на Java. Здесь мы достигли очень больших успехов, нам удалось построить мониторинг сквозных бизнес-процессов, мерить их качество, их эффективность, их скорость, что очень важно для клиентов. Также у нас есть наша CRM-система, которая сейчас базируется на SAP CRM. В прошлом году был разработан проект, в рамках стратегии до 2025 года, по отказу от SAP CRM и разработки crm-системы собственной или какого-нибудь вендора, какой-нибудь платформы, которую мы могли бы развивать. В остальном SAP-а у нас особо нет.

— А что по Oracle?

— Что касается Oracle — пока, к сожалению, доступных достойных решений на Postgres у нас в России нет. У нас задействовано много коробочных решений, и мы не сможем себе позволить собственную разработку той же транзакционной системы или собственной ABS-ки, поэтому пока всё это базируется на Oracle. По ABS есть в планах работы. Но это очень далекий план. В прошлом году мы общались с вендором, это был «Компас Плюс», и узнали, что в будущем они переведут свою новую систему транзакций с Postgres и оптимизируют, но пока об этом только разговоры. «Пилоты» запускаются. Скорее всего сначала будет «пилот» у крупного банка, а потом уже , наверное, и мы сможем перейти.

Интервью с Сергеем Луневым, УБРиР: как попасть в топ-5 банков в РФ

— У вас большая своя команда разработки?

— Достаточно, да. У нас порядка 700 человек. Если брать именно разработчиков, аналитиков, тестировщиков, то это порядка 600 человек, может быть, даже больше.

— Как вы отбираете специалистов, привлекаете в команду? Больше ориентируетесь на сеньоров или на джунов?

— У нас, на мой взгляд, сложная система. Под каждый проект, под каждую команду формируется свой профиль. В нем миксуются внутренние сотрудники: сеньоры, миддлы, джуны. Ведущих специалистов, которые знают нюансы наших проектов, нашей специфики, то есть сеньоров, мы ставим на задачи, которые мы выполняем впервые, на новые технологии. На другие задачи привлекаем все позиции. Где мы понимаем, что есть возможность вырастить компетенцию джуна внутри компании, то мы делаем это. Целесообразнее не сэкономить, а взять джуна и растить под себя.

— Как у вас происходит процесс обучения?

— У нас в банке есть центр технологий. Это отдельное подразделение ресурсного направления, которое занимается обучением, подбором, то есть там сконцентрирована вся экспертиза, всё обучение, всё развитие, оценка персонала. У нас есть достаточно богатые, опробованные уже не на одном поколении курсы по аналитике, по разработке. Например, сейчас есть курс разработки на Kafka под Java. В целом, по разработке мы развили очень продвинутую систему наставничества. За специалистом закрепляется наставник, который контролирует мониторы, как «ученик» работает, оценивает его. Также хочу отметить, что у нас очень классный инструмент по оценке персонала. Мы написали его собственными силами, называется «Камыш». Мы обучаем сотрудников хорошо, качественно. И у нас классная атмосфера в компании.

— За счет чего достигается эта классная атмосфера? Какие инструменты вы используете, чтобы сокращать текучку?

— Во-первых, у нас все прозрачно, то есть абсолютно для любого специалиста нашей компании абсолютно прозрачен его путь, его развитие. У нас понятные критерии оценки, у нас можно получить повышение, пересмотр заработной платы. Плюс у нас достаточно амбициозные задачи — те же «Стратегии» в следующем году. В целом курс по IT всего банка направлен на то, чтобы сделать правильно, а не затыкать всё костылями. Поэтому людям приятно делать то, что должно простоять и прослужить еще много лет, на долгую перспективу. Люди получают кайф от того, что они сами смотрят и наблюдают, как развивается продукт, как развивается IT в банке, сами щупают эти проекты, эти продукты, и это создает хорошую платформу для того, чтобы люди росли дальше. И, конечно же, компания с точки зрения формализма — плоская структура, в ней нет закрытых дверей, и любой специалист, будь то Junior или Senior, неважно — в любой ситуации может достучаться до руководства, и здесь нет никаких проблем, никаких сложностей. Так что, в целом, у нас просто позитивная атмосфера, потому что мы поделили наши команды достаточно понятно по направлениям бизнеса, и люди реально видят и понимают продукт.

Интервью с Сергеем Луневым, УБРиР: как попасть в топ-5 банков в РФ

— Расскажите подробнее про индивидуальный план развития.

— Есть несколько направлений. У нас есть система обучения, у нас есть бюджетное обучение, соответственно, сотрудники получают тот необходимый багаж знаний, который им интересен. Понятное дело что мы все-таки стараемся ориентироваться на то, чтобы новые знания пригодились, если не на этом проекте, то в целом в компании. А дальше ставятся индивидуальные планы. Они мониторятся каждый квартал, средняя промежуточная оценка проходит по дополнению основной цели, может быть — по ее изменению. То есть работал человек на одном проекте — была одна цель, проект закрылся — он перешел на другой. Цели пересматриваются. Мы очень гибко к этому вопросу подходим. Каждый человек знает, что ему нужно сделать, какие скилы нужно вырастить, как его будут оценивать, и он достаточно комфортно чувствует себя.

— Что выгоднее: нанять миддла с рынка, или нанять джуна и учить его?

— Философский вопрос. Все зависит от конкретных целей. У нас комбинированная история. Мы пользуемся как аутсорсом — заказываем проекты под ключ, так и аутстаффом, но у нас и достаточно большое количество собственных IT-спецов. Если проект срочный, нужно сделать прямо сейчас, как можно быстрее, то мы, скорее всего, возьмем кого-то с рынка, но вряд ли джуна. Если есть время, если проект плановый, с понятными сроками найма, с честными (!) сроками, то мы стараемся брать инхаус. Есть отдельные темы, отдельные компетенции, которые у нас пока в банке недостаточно развиты, например, мобильная разработка. Вот здесь мы предпочитаем пользоваться услугами аутсорса.

— Легче ли сейчас нанимать специалистов?

— Был какой-то момент, в апреле прошлого года, когда действительно воронка была очень классная. В очереди стояло по 100 человек. На достаточно важные позиции, дефицитные, так скажем, позиции. Сейчас всё вернулась к тенденциям 2021 года. Но потихоньку набираем.

— А как вы обеспечиваете высокое качество своих цифровых продуктов?

— О! Мы активно развиваем компетенцию тестирования. У нас, как раз с приходом Kafka, появилась возможность выстраивать сквозной мониторинг бизнес-процессов по всему пути клиента, по той или иной ветке: берет ли он кредит, оплачивает ли счета, ведет ли депозиты или нуждается в обслуживании по обычному счету. Мы понимаем, как этот процесс работает, понимаем, где плохо, видим, почему плохо, можем проанализировать точечно, с оптимальными затратами, можем это полечить, плюс у нас круглосуточная поддержка, понятное дело. Мы очень готовимся к различным большим обновлениям версий наших коробочных продуктов, привлекаем и наше бизнес-подразделение, которое проводит приёмочное тестирование и говорит нам, что, где не так. Мы стали плотнее общаться с бизнес-подразделением, которое, в свою очередь, общается с бизнес-заказчиком, и мы стараемся продумать все истории по удобству использования клиентами банка, по качеству реализованного продукта, устраняя ошибки на самых ранних этапах. Активно пользуемся темой feature toggle, можем быстро переключиться на работающий функционал без потерь и без простоев в наших системах. Но главное — это мониторинг и быстрая реакция, даже если что-то случается. Мы очень быстро умеем «лечить». У нас высококлассная команда профессионалов поддержки и очень крутые разработчики, которые оперативно подключаются к решению таких вопросов.

— Какое у вас соотношение тестировщиков и разработчиков?

— На текущий момент 1 к 5, то есть на 5 разработчиков один тестировщик, но это соотношение растет, то есть наверно целевое, для наших Core-платформ, наших цифровых сервисов, должно быть уже один к трем.

— Куда сейчас идет рынок банковских продуктов? Какие продукты мы увидим в ближайшее время?

— Сложный вопрос. Все сейчас идет к цифровизации. Все идет даже не к банковским продуктам, рассрочкам, к удобным интересным условиям по кредитам и ипотекам, а к «упаковке» этих продуктов. Например, есть темы с ипотекой — с возможностью посмотреть в VR будущую квартиру, не приезжая даже на место. В целом, скорее всего это будут более цифровизированные, визуализированные сервисы. Наверное, здесь как раз подключатся и нейронные сети, более активно их будут использовать. В текущих условиях, это более гибкие продукты для удержания клиентов, для того, чтобы набирать базу этих самых клиентов. Возможно, на примере того же Тинькова, это будут различные экосистемы, различные моноприложения, где сервисы банка очень плотно соединены и переплетены с небанковскими сервисами, то есть это различные кэшбэки, скидки у партнеров. Мне кажется, в будущем, возможно, даже какой-то marketplace будет создаваться. У меня давно эта идея в голове, и тенденции говорят о том, что через какое-то время мы сможем увидеть единое пространство, где сможем оценить, сравнить услуги и сразу же, не переходя на сайт конечного банка, их оформить.

— Вы поддерживаете этот тренд? Вы хотите в нем участвовать? Для себя какую пользу вы видите?

— У нас очень привлекательные условия, поэтому, в первую очередь, мы видим пользу в том, чтобы расширить количество нашей активной клиентской базы. Есть расхожее мнение, что российские банковские приложения являются одними из лучших в мире.

— За счет чего это достигается? Почему так происходит?

— Мое сугубо личное мнение, в том, что наша банковская система еще достаточно молода. У нас нет каких-то старейших банков, как например в западных европейских странах, и у нас очень большая конкуренция, и страна большая, клиентов много. Мы разбросаны в пространстве, и каждый раз не находишься в отделения, это как раз инициирует тему с развитием именно цифровых продуктов.

— Как вы решаете, какие приложения создавать, какой функционал брать в работу и как тестировать гипотезы?

— Про гипотезы — это отдельная история. У нас несколько этапов, как их проверять, это больше к инновациям у нас относятся. Гипотезы проходят несколько этапов. сначала формируется воронка, потом идет опрос внутри компании, потом формируются фокус-группы специалистов, делается определенный «пилот», потом этот «пилот» демонстрируется Правлению Банка, определяются минимальные цели по этому продукту, дальше уже Правление принимает решение, вкладываться ли в этот продукт или нет. Мы получаем обратную связь: что «докрутить», от чего можно отказаться, у нас регулярно проходят встречи с бизнес-подразделением по обратной связи об этих продуктах, что нужно доработать, что не так, какие недовольства есть, соответственно, продукты подкручиваются, развиваются. Мы же со своей стороны смотрим, верифицируем, насколько реально этот продукт выпустить, насколько быстро, дорого это, насколько он с точки зрения цифровизации будет полезен банку. Таким образом, у нас формируются гипотезы и впоследствии — успешные продукты.

Интервью с Сергеем Луневым, УБРиР: как попасть в топ-5 банков в РФ

— Как вы решаете, успешная гипотеза или нет? Браться ли, запускать ли в работу ее?

— Ставятся минимальные цели, делается минимальный прогноз, запускается «пилот». После этого мы понимаем, чего мы достигли за определенный период, какой результат получили. Сравниваем вложения и потенциальную выгоду. У нас были случаи, когда мини-проект, который обошелся в 5 миллионов, заработал двести за год.

— Кто занимается расчетами, и кто решает, что делать дальше с проектом?

— С продуктом — бизнес-подразделение, под которое формируется этот проект. Дальше — Правление.

— Какие продукты от УБРиРа мы увидим в этом году?

— В этом году должны запуститься окончательно наше предодобрение заявок. Это ускоренный скоринг. В остальном, пока до сих пор идет адаптация под новые реалии. Поэтому, что будет в конечном итоге, сложно сказать.

— Сергей, спасибо за интересную беседу! Желаю вам достичь первых мест в рейтингах!

Посмотреть видеоинтервью полностью можно здесь:

8
6 комментариев

Postgre

этим, собственно, уровень УБРиР полностью показан

3
Ответить

Взяли бы как HSBC - Versant Object Database

Ответить

Надо бы теперь взять вью у кого то из тинька и спросить, как из топ-1 банка скатить в помойку, пользоваться которой нет никакого смысла

1
Ответить

и где он скатился в помойку я не понимаю,очень клиентоориентированный банк,только если помсмотреть на их поддержку как они отрабатывают каждый вопрос и стараются помочь своему клиенту,на каком уровне был банк на таком и остался

1
Ответить

Постараемся и у них взять интервью, расспросить о нюансах и изменениях )

Ответить