Горячая линия есть, а расследования нет: кейс Chubu Electric. Часть 1/2

Ранее мы публиковали краткий разбор этого кейса в новостном дайджесте Corporate Fish. Теперь — полная версия: хронология, разбор сбоя контроля и вторая часть с практическими выводами.

В 2012 году Chubu Electric Power начала готовить заявку на перезапуск реакторов АЭС «Хамаока». Требовалось доказать регулятору, что станция выдержит максимальное землетрясение. Сотрудники выбрали одну «репрезентативную» волну и подобрали остальные данные так, чтобы она выглядела ближайшей к среднему.

Это статистический трюк, знакомый любому аудитору: сначала выбирают нужный результат, потом собирают выборку, которая к нему ведёт.

По данным секретариата NRA — японской Комиссии по ядерному регулированию, созданной после аварии на «Фукусиме», — подрядчику поручали выбрать удобные данные из массива более чем в тысячу точек. В некоторых случаях — почти из 30 тысяч. Регулятору при этом объясняли иначе: прогнали 20 случайных расчётов и взяли тот, что ближе всего к среднему.

Независимый комитет позже описал четыре варианта такого ручного отбора. И отнёс к ненадлежащим практикам не менее 208 из 225 расчётных случаев — включая ложные объяснения и сокрытие. Манипуляции шли не позднее 2012 года.

Сотрудники дважды обращались на внутреннюю горячую линию — в 2019 и 2021 годах. В регулятор информация о проблеме поступила только в 2025-м, спустя более пяти лет после первой жалобы.

Манипуляции начались не позднее 2012 года. К 2014–2015-му заявки на перезапуск реакторов №4 и №3 уже были поданы в NRA.

В сентябре 2018 года регулятор запросил объяснение по выбору волны. Компания задним числом собрала «подтверждающие» данные и показала их в январе 2019-го.

7 октября 2019 года поступила первая жалоба на горячую линию. Её проверял профильный департамент — тот самый, чью работу оспаривали. Президент Кацуно одобрил проверку при условии внешней экспертизы, но департамент её не запросил.

4 января 2021 года пришла вторая жалоба. Тот же департамент снова провёл проверку и представил отчёт, не соответствующий действительности. Секретариат горячей линии его не сверил.

В феврале 2025-го в NRA поступила внешняя информация о проблеме. Началась проверка. По данным секретариата NRA, компания задним числом собрала и переписала данные в 69 из 225 наборов.

В конце декабря 2025-го регулятор приостановил рассмотрение заявок. 5 января 2026-го Chubu признала «ненадлежащие моменты».

14 сентября 2026 года отчёт был опубликован: нарушения — не менее чем в 208 из 225 расчётных случаев. Заявки отозваны, отставки объявлены. 30 сентября президент Хаяси и председатель Кацуно ушли.

По теме экспертизы «Хамаоки» горячая линия получила за всё время ровно два обращения. Ни одно не было обработано должным образом.

7 октября 2019 года поступила первая жалоба. Фактическую проверку, по отчёту, провёл профильный Департамент гражданского строительства атомных объектов, то есть подразделение, которое само отвечало за оспариваемые расчёты и за общение с регулятором. Руководство согласилось ограничиться небольшими правками материалов, подготовленных для NRA.

Жалоба дошла и до тогдашнего президента Сатору Кацуно. По сообщениям японской прессы, он одобрил действия при условии, что вопрос рассмотрят внешние эксперты, но ответственный департамент такую проверку так и не запросил. Комитет не стал утверждать, что Кацуно сразу одобрил решение не отвечать информатору, но счёл, что ему следовало принять более взвешенное решение.

4 января 2021 года пришла вторая жалоба. Факты снова проверял тот же профильный департамент, и, по выводам комитета, он представил отчёт, не соответствующий действительности. Секретариат горячей линии не сверил этот отчёт с другими материалами. К рассмотрению не привлекли ни комитет по комплаенсу, ни президента, ни юристов.

Хуже того: в рамках ответа на жалобу для части расчётных случаев задним числом создали недостающие «подтверждающие» наборы данных, и часть из них вошла во внутренний отчёт по жалобе. Жалоба стала поводом дооформить доказательства того, что волна выбиралась по заявленному правилу.

Процедура горячей линии позволяла секретариату запрашивать факты у подразделения, к которому относится жалоба. Правил на случай, когда сам руководитель этого подразделения подозревается в причастности, не было: ни проверки вышестоящим органом, ни расследования силами самого секретариата. Формально процедура соблюдена. На практике контроль превратился в самооценку.

В 2019 году президентом был Кацуно. 14 сентября 2026 года он, уже председатель совета директоров, объявил об отставке вместе с президентом Кинго Хаяси. Комитет не нашёл доказательств, что они напрямую причастны к подгонке данных.

Комитет не признал, что руководство прямо требовало подгонять данные. Но в отчёте зафиксировано другое.

Ранний перезапуск был объявлен ключевой целью компании. Команду, которая вела согласование с регулятором, жёстко отчитывали за затянувшуюся проверку. По данным Jiji Press, звучали формулировки вроде «вы просто плохо стараетесь». Комитет назвал эти выговоры одним из факторов нарушений.

Ставки были высокими. По расчёту, приведённому в отчёте, простой «Хамаоки» обходится компании примерно в 240 млрд иен в год — при ценах на топливо 2025 финансового года. Операционная прибыль за год до марта 2026-го составила около 230 млрд иен. То есть остановленная станция стоила компании больше, чем она зарабатывала.

Коренную причину комитет видит в «собственной теории оправдания» — внутренней логике, в которой подгонка выглядела не обманом, а способом выполнить важную задачу. По сообщениям прессы, некоторые сотрудники действовали с чувством убеждённости.

Это важно понимать: фальсификация и игнорирование сигналов росли из одной среды. Там, где плохие новости неудобны, их не слышат.

Комитет не признал, что руководство прямо требовало подгонять данные. Но в отчёте зафиксировано другое.

Ранний перезапуск был объявлен ключевой целью компании. Команду, которая вела согласование с регулятором, жёстко отчитывали за затянувшуюся проверку. По данным Jiji Press, звучали формулировки вроде «вы просто плохо стараетесь». Комитет назвал эти выговоры одним из факторов нарушений.

Ставки были высокими. По расчёту, приведённому в отчёте, простой «Хамаоки» обходится компании примерно в 240 млрд иен в год — при ценах на топливо 2025 финансового года. Операционная прибыль за год до марта 2026-го составила около 230 млрд иен. То есть остановленная станция стоила компании больше, чем она зарабатывала.

Коренную причину комитет видит в «собственной теории оправдания» — внутренней логике, в которой подгонка выглядела не обманом, а способом выполнить важную задачу. По сообщениям прессы, некоторые сотрудники действовали с чувством убеждённости.

Фальсификация и игнорирование сигналов росли из одной среды. Там, где плохие новости неудобны, их не слышат.

В сентябре 2023 года NRA в целом одобрило заявленное компанией максимальное сейсмическое воздействие. Когда в 2025 году информация о проблеме поступила в регулятор и NRA начало проверку, компания, по данным секретариата NRA, задним числом собрала и переписала данные в 69 из 225 наборов.

В январе 2026 года NRA заявило, что рассматривать заявки не будет: доверие к материалам утрачено.

Внешний контроль надёжен настолько, насколько надёжны данные, которые ему предъявляют. Если внутренний контроль не проверяет первичные расчёты независимо от тех, кто их делал, регулятор получает вывод, а не доказательство.

Во второй части — почему сигналы не доходят и как отличить работающий канал от формальной процедуры.