Лудомания и релокация - бичи современных россиян. Но это можно исправить

На сегодняшний день около 12% россиян страдают лудоманией - патологическим влечением к азартным играм, а большинство релокантов испытывают потерю идентичности, адаптационную усталость и хронический стресс. О том, как с этими проблемами можно бороться, поговорила с Максимом Разоренковым - психологом, более 15 лет работающим с зависимостями и другими трудностями, мешающими жить.

- Расскажите, как вы пришли в психологию и почему выбрали специализацию по работе с зависимостями?

Я пришел в психологию через личный кризис. В моей жизни были зависимости: алкоголь, наркотики, позже добавилась игромания. Я прошёл этот путь изнутри: от потери контроля до восстановления.

Когда я нашёл решение и опору через психологию, это стало поворотной точкой. Я начал помогать другим людям, параллельно получая образование и изучая современные подходы к работе с зависимостями. Сегодня моя практика — это не только теория, но и личный опыт, который позволяет глубже понимать клиента и быстрее находить работающие решени

- Ваш опыт работы с релокантами — более 15 лет. Как изменились запросы и проблемы людей, переезжающих в другие страны, за это время?

Раньше основной запрос был про выживание: адаптация, язык, работа, базовая стабильность. Сегодня всё изменилось. Люди переезжают уже с опытом, деньгами, но сталкиваются с внутренним кризисом — потерей идентичности, смысла, социальной опоры. Очень часто это приводит к росту зависимостей — от алкоголя, веществ, даже работы. Если раньше проблема была внешней, то сейчас — в основном внутренняя.

- Какие особенности есть в работе с клиентами из разных культур и стран? Бывают ли ситуации, когда стандартные методы не работают?

Безусловно, культура сильно влияет. Русскоязычные клиенты чаще закрыты, с высоким уровнем стыда и недоверием к терапии. В западной культуре люди более открыты, но при этом глубина проработки иногда ниже.

Стандартные методы не работают, когда ты игнорируешь контекст человека — его страну, среду, этап жизни. Универсальных решений в психологии нет. Поэтому в своей практике я всегда адаптирую подход под конкретного человека, его историю и текущую реальность.

- Как вы определяете, что у человека формируется зависимость, а не просто увлечение?
Ключевой критерий — потеря контроля. Человек начинает делать это не потому, что хочет, а потому что не может остановиться. Появляется рост дозы или частоты, снижается удовольствие, но действие продолжается. Ещё один важный сигнал — это последствия: страдают финансы, отношения, здоровье, но поведение не меняется. В этот момент речь уже не про увлечение, а про зависимость.
- В чём специфика игромании по сравнению с другими видами зависимостей? Почему она так быстро прогрессирует?
Игромания — одна из самых быстрых и коварных зависимостей. В отличие от веществ, здесь нет физического следа, но есть мощная дофаминовая привязка. Человек живёт в иллюзии контроля и «почти выигрыша», что усиливает вовлеченность. Плюс доступность — телефон всегда в руках. В результате зависимость развивается быстрее, а разрушения могут быть масштабнее, особенно финансово и психологически.
- Какие первые шаги вы рекомендуете человеку, который осознал, что у него есть проблема с азартными играми или ставками?
Первый шаг — признание, без попытки обесценить проблему. Дальше — ограничение доступа: блокировки, контроль финансов, удаление приложений. Самостоятельно «держаться» почти невозможно. И ключевое — обратиться за помощью: специалист, группа, поддержка. Зависимость не решается силой воли, она решается через систему. О которой я постоянно рассказываю в своих социальных сетях.

- Какую роль играет окружение в развитии и преодолении зависимости? Можно ли помочь человеку без поддержки близких? Окружение играет критическую роль. Оно либо усиливает зависимость, либо помогает из неё выйти. Без поддержки близких возможно начать путь, но это намного сложнее и дольше. В идеале должна быть система: специалист + окружение + изменение среды. Важно понимать: зависимость — это не только проблема человека, это всегда система отношений и контекста вокруг него.

- С какими основными психологическими трудностями сталкиваются люди после переезда? Как отличить временный стресс от кризиса адаптации?

После переезда люди сталкиваются не столько с внешними трудностями, сколько с внутренними: потеря идентичности, ощущение одиночества, отсутствие опоры и привычной среды. Часто возникает вопрос: «Кто я теперь в этой новой жизни?»

Временный стресс — это нормальная реакция, он проходит в течение нескольких месяцев по мере адаптации. Кризис начинается, когда состояние не улучшается, а усиливается: появляется апатия, тревога, потеря мотивации, иногда — уход в зависимости. Это уже сигнал, что человеку нужна поддержка.

- Как поддерживать ментальное здоровье вдали от привычной среды и поддержки семьи?

Главное — не оставаться в изоляции. Нужно осознанно выстраивать новое окружение: люди, общение, профессиональная или терапевтическая поддержка.

Второй момент — структура: режим, цели, понятный план действий. Без этого психика начинает «плыть».

И третье — не игнорировать свои состояния. Многие пытаются «перетерпеть», но это приводит к накоплению напряжения и, как следствие, к срывам или зависимостям.

- Есть ли у вас советы для тех, кто только планирует релокацию, чтобы минимизировать стресс и избежать эмоционального выгорания?

Первое — реалистичные ожидания. Переезд — это не новая жизнь «с нуля», это сложный переходный период.

Второе — заранее продумать опору: где вы будете работать, с кем общаться, к кому обращаться за помощью.

И третье — не перегружать себя. Многие пытаются сразу «доказать», что они справятся, и быстро выгорают. Гораздо эффективнее идти поэтапно, сохраняя ресурс и устойчивость.

Отдельно важно сказать про пары и семьи. В первые 1–2 года после переезда часто усиливаются конфликты — стресс, неопределенность и смена ролей «оголяют» слабые места в отношениях. Я регулярно вижу, как это приводит к расставаниям и разводам.

Чтобы этого избежать, важно заранее договариваться: кто за что отвечает, какие ожидания у каждого, как вы будете поддерживать друг друга. И главное — не замалчивать напряжение, а обсуждать его и при необходимости вовремя обращаться за поддержкой, в том числе к специалисту.

- Как современные технологии и доступность онлайн-развлечений влияют на рост зависимостей среди молодёжи и взрослых?
Современные технологии значительно ускорили формирование зависимостей. Сегодня человеку не нужно искать — всё уже в его телефоне: ставки, игры, контент, быстрые дофаминовые стимулы.

Проблема в том, что мозг не успевает адаптироваться к такому уровню доступности и скорости. В результате снижается порог удовольствия, растет потребность в стимуляции, и формируется зависимое поведение. Это касается не только молодёжи — взрослые точно так же попадают в эту ловушку.

- Что вы посоветуете тем, кто хочет помочь близкому, но не знает, как начать разговор о проблеме?

Главное — не начинать с давления и обвинений. Это вызывает сопротивление и закрывает человека. Важно говорить спокойно, через заботу: что вы видите, что вас беспокоит, и почему это для вас важно. Без попытки «спасти» или контролировать.

При этом важно понимать серьезность ситуации. Зависимость — это не просто привычка, это состояние, которое может привести к тяжёлым заболеваниям и даже к раннему смертельному исходу. И если смотреть на это именно так, становится очевидно, что действовать нужно максимально грамотно, а не на эмоциях.

Исключение — ситуации, где поведение человека становится опасным для него самого или окружающих. Тогда необходимы более жесткие меры.

Во всех остальных случаях лучше действовать профессионально: не давить, а выстраивать контакт и обязательно консультироваться со специалистами. Эмоции близких часто мешают, и именно поэтому поддержка извне критически важна.

- Как вы сами справляетесь с эмоциональным выгоранием при работе с такими сложными запросами?

Для меня важно держать баланс. Я чётко разделяю работу и личную жизнь, слежу за своим состоянием и не беру больше, чем могу качественно отработать.

Также у меня есть своя система профессиональной поддержки: регулярное обучение, сильное профессиональное окружение. Я нахожусь в личной терапии с психологом, участвую в интервизиях и супервизиях — это обязательная часть моей работы, которая позволяет сохранять объективность и не «перегорать» внутри процессов.

И, наверное, главное — я понимаю, зачем я этим занимаюсь. Личный опыт дает мне устойчивость и смысл, который помогает не выгорать, а оставаться включенным и эффективным в работе.

- Есть ли у вас вдохновляющая история успеха клиента, которой вы могли бы поделиться (без нарушения конфиденциальности)?

Таких историй много, но один случай особенно показателен. Я работал с этим клиентом в Сочи. Это был человек с серьезным капиталом — более 100 миллионов рублей на счетах.

За 3–4 года зависимости от наркотиков и игромании он потерял практически всё: деньги, бизнес, отношения, и оказался в долгах более чем на 20 миллионов рублей.

Мы начали с базовых вещей — стабилизации состояния и восстановления контроля. Постепенно он вышел из зависимости, восстановил отношения с детьми, вернулся к спорту, нашел новую нишу и начал заново строить бизнес.

Важно понимать: это не история «идеального восстановления». Зависимость оставляет след — и на психике, и на здоровье. Но ключевое здесь — он жив, он трезв и он смог заново выстроить свою жизнь.

Для меня такие кейсы — это подтверждение того, что даже из самых тяжёлых состояний возможен выход при системной работе.

- Какой главный совет вы бы дали всем, кто хочет сохранить внутреннюю гармонию в современном мире?

Не игнорировать свое состояние.

Современный мир перегружает человека — информацией, скоростью, ожиданиями. Если нет внутренней опоры, психика начинает искать быстрые способы справиться — и часто это приводит к зависимостям.

Поэтому важно развивать осознанность, выстраивать систему поддержки и не откладывать работу с собой «на потом».

Отдельно я бы подчеркнул важность духовной составляющей. Для кого-то это вера, храм, церковь, для кого-то — общение с людьми, которые живут с внутренними ценностями и смыслом. Это даёт опору, которую невозможно заменить внешними достижениями.

И ещё один практический инструмент — регулярно оставаться наедине с собой. Хотя бы раз в месяц выделять 1–2 дня без гаджетов, интернета и постоянного шума. Это может быть природа, дом, океан — не так важно. Важно замедлиться, «перезагрузиться» и провести внутреннюю инвентаризацию: где я сейчас, что со мной происходит, куда я иду.

Чем чаще человек это делает, тем яснее он понимает себя, свой путь и тем устойчивее становится к внешнему давлению.

- Вы - автор книги. Расскажите, что сподвигло Вас ее написать и какую пользу она может принести Вашим пациентам и не только.

Книга — это результат моего личного пути и профессионального опыта. Я написал ее, чтобы дать людям понятный и структурированный взгляд на зависимость и выход из неё.

Моя задача была не просто рассказать теорию, а показать, как это работает на практике — что происходит с человеком внутри зависимости и какие конкретные шаги действительно помогают выбраться из этого состояния.

В своей книге «Цена игры» я подробно разбираю механизмы зависимости, мышление человека в этом состоянии и путь восстановления — без иллюзий, но с пониманием, что выход есть.

Эта книга может быть полезна как людям, столкнувшимся с зависимостью, так и их близким — как первый шаг к пониманию происходящего и началу изменений.