Вокруг одни дети

Подкаст «100 историй». Выпуск 36

Я вчера шла по улице и размышляла о своих эмоциях и реакциях, которые возникают в ответ на какую-то ситуацию. Разговаривала сама с собой на тему взаимоотношений, которые строятся только на эмоциональном фоне. Это так интересно оказалось.

Если люди привыкли общаться, опираясь только на эмоции, то ни о какой глубине речи не идёт. Ведь эмоция — это то, что мы всегда замечаем в привычной жизни, но далеко не всегда реагируем на них. Особенно, если это положительные эмоции. Например, радость от увиденного, гордость за себя, восхищение другим человеком. Мы привыкли прятать внутри себя это эмоции, надеясь, что их всё-таки никто не увидит. Улыбнуться или запрыгать от восторга считается не взрослым, неправильным. Лишь смелые решаются проживать моменты так, как им хочется, как у них получается. И для тех, кто смог сохранить открытого внутреннего ребёнка, мир кажется ярче и круче.

Зато разрушающие эмоции люди чаще не стесняются показать: грубо ответить на непрошенный совет или накричать на человека за “неправильное” действие.

В каждом нашем моменте времени живут эмоции. И они могут быть фоновым состоянием, когда мы чувствуем счастье, раздражение или, например, ревность постоянно. А могут выходить на первый план. Как пример — страх от лая собак, восторг от успешного дела или расстройство по поводу сорвавшейся встречи. И если прямо сейчас обратиться к себе, то какой ответ вы услышите, если спросите себя: “А какая эмоция сейчас важней всего для меня?”

Когда вы назовёте эту эмоцию, попробуйте спросить себя ещё вот о чём:

Смакуйте ответы, проживите это состояние. Поначалу может быть непросто даже различить эмоции. Но чем чаще вы будете наблюдать своё состояние, тем больше вы будете знать о себе и тем ярче сможете смотреть на жизнь.

Я очень часто разговариваю с детьми про эмоции. Спрашиваю, что они чувствуют. Как понимают, что с ними происходит именно эта эмоция. И на их примере я очень чётко вижу, как сильно различаются ответы людей, которые живут в одном доме с одними родителями и получают одинаковое воспитание. Сын, например, старается назвать именно эмоцию. Он перебирает, объясняет и приводит примеры иногда, когда такое состояние было ещё. Благодаря этому, я уверена, он иногда задаёт мне вопросы типа «Мама, а ты сейчас грустишь?” или »Мама, а ты на нас ещё злишься?” . Первый раз у меня были огромные глаза, когда я услышала от пятилетнего малыша такой вопрос. Я его начала спрашивать, как он определил мою эмоцию и почему назвал именно её. И Тимка стал приводить истории из прошлого, когда я так же выглядела и чувствовала такие эмоции. Для меня лично шок.

Тася реагирует совершенно иначе. Почти на каждый мой вопрос про эмоции она отвечает всего два слова: «Не знаю.” Я стараюсь помогать ей определить эмоцию, объясняю значимость этого процесса. Но каждый раз сталкиваюсь с непробиваемой стеной сопротивления. И, с одной стороны, я понимаю, что в семь лет это может быть совсем не интересно и непонятно. Но, с другой стороны, я знаю про важность понимания себя и своих чувств. Именно глубокое понимание себя помогает и выбирать хобби, и встречать настоящих друзей, и строить планы, и вообще жить. Когда она счастлива или, наоборот, грустит, я могу спросить про причины этого состояния. Не из чистого любопытства, а чтобы помочь ей понять, что вводит её в то или иное состояние. Но слышу снова »не знаю” или какие-то ответы, которые не расшифровывают эту тему никак.

Детям, с одной стороны, проще — они пока мало знают про то, что можно сдерживать эмоции или вообще стыдиться их, если только родители этому не учат своими словами и поведением. И вот когда мы вырастаем, то вдруг превращаемся в однотипных роботов, для которых искреннее проявление эмоций табу. Но, не смотря на возраст, внутри нас продолжают жить эмоции, которые ждут, чтобы их выпустили в свет. И так, как эта неделя посвящена внутреннему ребёнку, то мы подошли к ней наиболее тесно.

За наши личные эмоции отвечает внутренний ребёнок. Это он обижается, ликует, злится, кайфует и управляет целым оркестром разных эмоций, потому что это его обязанность. Это он из нашего физического детства перебрался в нашу душу и помогает нам чувствовать себя живым и ощущать мир так разнообразно. Да, я знаю, что это и так понятно всем. И про этого внутреннего ребёнка слышали даже пингвины в Антарктиде. Но мне во вчерашнем диалоге с собой понравилась немного другая мысль.

Внутренний ребёнок есть у каждого человека.

Это очевидный факт, но как часто вы об этом задумывались? Я почти никогда. Нас приучили, что эмоции людей — это всего лишь проекция их состояния на других людей, которые никак не связаны с личностью человека. И теорий, почему мы так поступаем, множество. Я через наблюдение нашла для себя вот эту, которую хочу протестировать и поисследовать.

Если за наши эмоции отвечает внутренний ребёнок, то тогда любое проявление эмоций можно считать как игру этого самого ребёнка? И правила, конечно же, он придумывает сам. Ведь дети всегда главные в любых играх, особенно в тех, которые создали сами. Но у каждого ребёнка должен быть свой взрослый. И он у нас, конечно же, тоже есть.

Мы можем себя поругать, похвалить, преподать себе урок, дать вкусняшку и вести себя с собой так, будто мы имеем дело с настоящим ребёнком. Нам может быть стыдно за себя, когда другой, более взрослый голос в голове осуждает или сравнивает с другими. Знакомая история? Мне очень.

Так вот я в завершении хочу поделиться двумя мыслями, которые меня лично поразили.

Первая. Если мы хотим и проявляем эмоции, значит, они никак не конфликтуют с позицией нашего внутреннего взрослого родителя. Значит, мы сами себе разрешили такими быть. Но тогда почему в некоторых моментах мы замыкаемся, стесняемся и начинаем ругать себя, если получили “оплеуху” со стороны? Почему мы разрешаем чужим взрослым внутренним родителям командовать нашим ребёнком? Уверена, что на улице вы бы не позволили, если бы чужой человек диктовал вашему ребёнку, как и что правильно делать. А почему тогда разрешаете так поступать с собой?

И вторая мысль. Если вы видите, что человек захвачен эмоциям, то у нас всегда есть выбор: присоединиться к нему, то есть выпустить резвиться своего внутреннего ребёнка, или включить другую роль. Например, если кто-то начинает заводить ссору, кричать и топать ногами, то вы тоже можете разрешить своему ребёнку отвечать также громко и некрасиво в ответ. А можете осознать, что внутренний родитель того человека не справляется, и помочь ему мягко и без агрессии угомонить вспыльчивость. Или, например, вы заметили, как кто-то бегает в фонтане, пускает пузыри и громко смеётся. И если вам хочется сделать так же — вперёд. Вы не услышите никакого осуждения, потому что будут веселиться два красивых и счастливых ребёнка.

Получается, что в конфликты на повышенных тонах, будь то позитивные или разрушающие эмоции, вступают внутренние дети. Это они втягивают нас в свою игру, где нужно доказать свою важность. И у нас всегда есть выбор: поддаться искушению и включиться в игру либо решить вопрос с минимумом эмоций и большой долей более разумных поступков.

И мой вопрос на сегодня: какие у вас отношения с вашим внутренним ребёнком?