ArtemS

Недавно я случайно наткнулся на подкаст Mad Fientist— один из краеугольных камней англоязычного движения FIRE. Его автор, бывший разработчик ПО, подошел к финансовой независимости как инженер: не верил на слово, проверял стратегии на практике, создавал калькуляторы и, главное, брал интервью у десятков людей, которые уже вышли на пенсию досрочно. И…

Как превратить абстрактный мир цифр, графиков и финансовых терминов в захватывающее кино? Голливуд искал ответ на этот вопрос почти столетие. Путь от черно-белых кадров паники у здания биржи до прямых эфиров трейдера-любителя из гостиной — это не просто смена декораций. Это фундаментальная трансформация нашего восприятия: от биржи как непостижимой…

Они выдерживали адские тренировки, побеждали в решающие секунды и зарабатывали сотни миллионов благодаря железной дисциплине. А затем теряли всё с той же феноменальной скоростью. История финансовых крахов спортивных легенд — это не рассказ о расточительности. Это учебник по системным ошибкам в управлении капиталом, где каждая глава написана на банк…

Я спросил у двенадцати авторов крупных инвестиционных Telegram-каналов, какие книги больше всего повлияли на их подход к рынку. Вот что они ответили:

Декабрь 1913 года. Биржевые сводки сообщают об «устойчивом настроении», цены на шерсть растут, а дивиденды нефтяных компаний достигают 16%. Всего через восемь месяцев паника охватит банки, курс рубля рухнет, а газеты будут требовать введения моратория. Давайте заглянем в подшивки дореволюционных финансовых газет — от времен «спокойной» прибыли до ч…

В 8 лет он торговал газетами, в 16 — работал батраком, в 20 — стоял в очереди за бесплатной похлебкой. В 35 он был разорен Великой депрессией, а в 60 — добровольно ушел с Уолл-стрит, будучи на пике славы. Бенджамин Грэм прошел через все круги американской финансовой мечты, чтобы убедиться: счастье и капитал существуют в разных системах координат.

Мало кто знает, что помимо легендарных книг «Разумный инвестор» и «Анализ ценных бумаг», Бенджамин Грэм написал ещё одну важную работу — свои мемуары. Я решил перевести её на русский язык.

Начало XVIII века. Россия Петра I остро нуждается в металле для армии и флота, но собственные заводы едва справляются. В этот момент на сцену выходит человек, которому суждено не просто выполнить госзаказ, а создать первую в России промышленную империю. Тульский кузнец Никита Демидов — его имя навсегда вошло в историю российского предпринимательств…

Одни, как Пушкин, торговались за каждую строчку, другие, как Толстой, отрекались от миллионов из идейных соображений. Финансовая история русской литературы — это история личного выбора между деньгами, принципами и выживанием. Проследим, как этот выбор менялся от эпохи к эпохе.

Что если ваше отношение к деньгам предопределено не характером, а культурным кодом вашей нации? Почему японец десятилетиями платит ипотеку за обесценившуюся квартиру, а француз тратит последние евро на ужин в ресторане? Ответ кроется в ритуалах, фольклоре и исторической памяти народов.