Смерть отца и уроки жизни: как я научился быть лидером

⬆ А потом – смерть отца. Мне пятнадцать. Он уже давно жил отдельно, в другой семье. Мы виделись нечасто – несколько недель в год. Но всё равно – это был отец.

28 апреля 1993 года. Ясный, очень тёплый день, что нехарактерно для весны в Петербурге. Только что у меня прошла отличная репетиция музыкальной группы. Я возвращаюсь домой в отличном настроении и с порога слышу: “Отец умер”.

Меня как будто выбрасывает из тела. Я не могу ни говорить, ни действовать. Просто ступор и шок.

Мы срочно занимаем денег. На следующее утро – вылет. Я и сестра спешим на похороны.

Прилетели. Вокруг – женщины в истерике, новая жена отца, вне себя от горя, люди, которых не знаю я и которые не знают, что делать. Как в дурацкой трагикомедии – похороны запланированы, но никто их не готовит, потому что все слишком заняты горем.

Я включаюсь в организацию: закупки, процедуры, логистика. Помню, как покупал цветы. Отец умер в Ставропольском крае. И в это время там сезон тюльпанов. Их там море. Они красивые, разные и стоят сущие копейки. Меня очень радует то, что тюльпанов можно будет положить на могилу много. Денег в обрез. С тех пор тюльпаны – мои любимые цветы.

Помню, как стоим на почте, ждём очереди в телефонную кабинку, чтобы позвонить матери. Я пью водку из горла. Но стресс настолько сильный, что опьянения нет. Зато нервы немного успокаиваются.

Когда гроб нужно выносить из квартиры, оказывается, что мужчин не хватает. Я подставляю плечо, несмотря на истеричные крики женщин: мол, нельзя нести гроб родному. Почему нельзя – я до сих пор не знаю.

До момента захоронения всё проходит более или менее ровно.

Пора закапывать, а я буквально прилип к гробу. Не могу уйти. Меня пытаются уговорить, потом отводят, почти оттаскивают. Я не помню ни чувств, ни мыслей из этого эпизода, но внутри происходило что-то очень глубокое и не поддающееся контролю. Наверное, это была моя попытка выразить то, что не успел: невысказанную любовь, желание человеческой близости с отцом, которому уже не осуществиться. Возможно, это был мой способ показать, как он был для меня важен.

Короче, к своим пятнадцати годам я оказался внутри пустоты. Денег в семье не всегда хватает даже на еду. За окном бандитский Петербург 90-х. Отец ушёл сначала из семьи, потом из жизни. С мамой постоянный конфликт. Со старшей сестрой у нас большая разница в возрасте и мы почти не общаемся. Близких родственников нет. Друзей, по большому счёту – тоже.

И в этом безвоздушном пространстве, где не на кого опереться, кроме себя, начинает, по всей видимости, формироваться то, что ляжет в основу моего метода ведения бизнеса и потом не раз поможет в деле: готовность терпеть боль и способность действовать в самых сложных обстоятельствах. Когда страшно, непонятно, тяжело – но ты всё равно встаёшь и что-то делаешь. Потому что веришь, что так надо.

И ещё – важное и чёткое понимание: лидер – это не тот, кого поставили, а тот, за кем реально идут. Кто не ждёт признания, а берёт ответственность. Сначала за тюльпаны. Потом – за большие процессы и команды.

Продолжение следует.

Подписывайтесь на Telegram Максим Спиридонов.