{"id":13840,"url":"\/distributions\/13840\/click?bit=1&hash=23a854ff92848dd15a7903eacb414978cdb42e99def6f55df88c5ac9c66030a6","title":"\u0420\u0435\u0444\u0435\u0440\u0430\u043b\u044c\u043d\u0430\u044f \u043f\u0440\u043e\u0433\u0440\u0430\u043c\u043c\u0430 \u0434\u043b\u044f \u043f\u0440\u043e\u0434\u0430\u0432\u0446\u043e\u0432 \u043e\u0442 Joom","buttonText":"\u0423\u0447\u0430\u0441\u0442\u0432\u043e\u0432\u0430\u0442\u044c","imageUuid":"fa465a98-71b1-5a0d-8f7a-4b0e1990409a","isPaidAndBannersEnabled":false}

«Самое сложное — понять, местные общаются с тобой по-настоящему или ради выгоды, потому что ты белый»

В конце 2022 года россиянин переехал в Кению развивать образовательный проект. Он работает с детьми, путешествует по Африке и учится понимать местных.

Масаи возле community-based школы в 2 часах от Момбасы

Никита Додонов — руководитель некоммерческого образовательного проекта «ФудСовет», в котором школьников и студентов учат предпринимательству в сфере производства продуктов питания. «ФудСовет» в 2020 году основал Иван Сидорок, совладелец Нижегородского масло-жирового комбината, который выпускает майонез «Ряба» и соусы «Астория».

Никита переехал в Кению, чтобы развивать там международную версию проекта — FoodAdvice. Он рассказал «Аутсайду» о:

Немного о «ФудСовете» и как я с его помощью попал в Кению

Я руковожу проектом «ФудСовет», где мы с командой создали настольную игру про пищевую индустрию, обучающие программы для школьников и студентов, а также методические материалы для сотрудников школ и вузов. Мы занялись образованием в сфере еды, потому что у нас есть экспертиза в сфере пищевой промышленности.

Основатель «ФудСовета» Иван Сидорок в 2014 году запустил акселератор в области фасованных продуктов питания Mabius, чтобы помогать предпринимателям развивать и масштабировать бизнес. В 2017 году Mabius запустил акселерационную программу PepsiCo LAB, продукция участников которой сегодня продаётся в торговых сетях России.

На основе инсайтов, полученных за время существования акселератора, например, сложности переобучения взрослых людей с весомым багажом предпринимательского опыта, появился «ФудСовет». С его помощью мы ищем талантливую молодёжь с незамыленным взглядом и вовлекаем её в фуд-предпринимательство.

Настольная игра FoodAdvice

Пищевая отрасль — самая крупная в мире с объёмом рынка в более чем $7 трлн. С ростом населения и развития экономики в развивающихся странах отрасль будет только расти — к 2027 году глобальный рынок продуктов питания может вырасти до более чем $9 трлн. Помимо этого, от «пищёвки» зависит решение проблем вроде голода и глобального потепления. Поэтому мы пытаемся вовлекать как можно большее число людей в создание инноваций в сфере продовольствия и еды.

В России проект сотрудничает с 50 школами — государственными, частными и для детей в особых жизненных условиях, например, с федеральным проектом госпитальных школ России для онкобольных детей «УчимЗнаем». Также ФудСовет работает с 20 вузами, среди них Росбиотех (бывший МГУПП), Майкопский государственный технологический университет и другие.

Презентация FoodAdvice в средней школе Maweni Secondary School, Момбаса

Бывший директор одного из кампусов Кембриджской Международной Школы (CIS International School), с которой мы сотрудничали в 2021 году, весной 2022-го стал директором международной школы LIS Mombasa в городе Момбаса в Кении. С его помощью мы смогли в пилотном режиме запустить одну из наших программ для учеников этой школы.

Она длилась с июля по август и так понравилась ученикам и преподавателям, что мы решили развивать проект в Кении — я отправился в Кению и взял в команду первых местных сотрудников.

Как проходит обучение в FoodAdvice

У «ФудСовета» есть разные программы: для университетов по созданию стартапов и для школ — по развитию гибких навыков. Мы занимаемся разработкой программ, переговорами с вузами и школами в Кении. Наш первый вуз-партнёр — Университет Найроби (University of Nairobi), крупнейший в стране.

Наша задача — помочь учащимся вузов взглянуть на свои студенческие проекты с предпринимательской точки зрения. А именно — используя ресурсы вуза и небольшой грант от FoodAdvice, разработать новые продукты питания для сбыта в супермаркетах и на рынках Кении.

В программе мы рассказываем студентам про определение ЦА, поиск оптимальной бизнес-модели, маркетинг, продажи, инвестиции и многое другое. Размер гранта — $1000–3000, его получат наиболее активные и способные ребята, успешно показавшие себя в период программы.

Знакомство со студентами кампуса University of Nairobi, Найроби

На старте программы мы сформируем команды с разных кафедр: foodscience, бизнес и финансы. В течение полугода они вместе будут создавать свой стартап, а мы — помогать: предоставлять доступ к образовательным материалам, предлагать вопросы для подготовки к глубинному интервью с ЦА, формулировать её потребность и проблему, разрабатывать брендинг, дизайн упаковки и сам продукт, подготавливать презентацию для инвесторов. У каждой команды — свой ментор.

После шести месяцев работы — демо-день. Мы приглашаем уже знакомых с нашей платформой инвесторов и экспертов из местных компаний-производителей в качестве жюри. Они оценят новые продукты для локального рынка, команды и их прогресс за полгода.

В идеале для нас — чтобы команды привлекли pre-seed раунд от инвесторов или получили грант от партнёров на производство коммерческой партии для тестовых продаж и дальнейшее развитие проекта.

Знакомство со студентами кампуса University of Nairobi, Найроби

Если будут хотя бы один-два студенческих стартапа, которые привлекут деньги благодаря нашей программе с университетом, это будет отличным результатом для нас. Так мы получим кейсы, с помощью которых сможем привлечь внимание других вузов и потенциальных спонсоров.

На этапе пилотной программы мы ничего не получаем, сейчас главное для нас — запустить и обкатать программу. Если команды и привлекут инвестиции, им нужно будет зарегистрировать свою компанию и самим договориться об условиях с инвесторами.

В школах процесс устроен намного проще: мы, в первую очередь, знакомим учащихся с пищевой промышленностью в интересном для них формате, с помощью настольной игры. А ещё — помогаем развить софт-скиллы: речевые навыки, креативность и самопрезентацию.

Со школами работаем напрямую, как, например, с LIS Mombasa, нашей пилотной школой в Момбасе, а также через местные некоммерческие организации, которые проводят программы развития молодёжи, например, Organization of African Youth — НКО со штаб-квартирой в ЮАР и локальными офисами в 11 странах Африки.

В дальнейшем мы планируем продвигать созданные командами студентов продукты питания через комьюнити подростков в наших школах-партнёрах в Кении и других странах Африки.

Население и язык

Кения — бывшая британская колония, поэтому английский язык здесь государственный, как и язык суахили. Помимо этого, в Кении живут множество племён со своими диалектами. Но в Момбасе и Найроби, где я был, все отлично говорят на английском — и проблем с коммуникацией у меня не было. Но между собой кенийцы могут одну часть предложения сказать на одном языке, другую — на другом.

В Момбасе круглый год +30 и солнечно, рядом тёплый индийский океан, высокая влажность, мне очень комфортно в таком климате. В Найроби днём +25-27, но бывают дожди, зато ночью опускается до +15-17 и спать очень комфортно.

Пляж Ньяли (Nyali) в Момбасе

Опять же, из-за того, что страна — бывшая колония Великобритании, основная религия в Кении — христианство с различными ответвлениями. При этом здесь есть индийские и арабские диаспоры.

В Найроби, и в Момбасе я жил рядом с мечетью, с рассветом, где-то в пять часов утра, просыпался от пения муллы. Многие индийцы и арабы владеют небольшим бизнесом — это кафе, рестораны, автомастерские. И эти кафе и рестораны посещают те же индийцы и арабы — я бы сказал, что они тут представляют средний класс.

Белых на улице можно встретить редко. В магазинах, торговых центрах, отелях, но так, чтобы встретить их прогуливающимися по городу — большая редкость.

Однажды я ездил на пару дней в отель в Момбасе, где отдыхают в основном белые: немцы, англичане, американцы. Большинство из них — пенсионеры, которые приезжают в экзотическую страну на две-три недели.

Белых тут называют «мзунгу». В государственных школах мне ученики часто кричат «мзунгу», некоторые даже могли рассматривать в течение нескольких минут.

Территория отеля на пляже Бамбури (Bamburi), Момбаса

В общении с местными самое сложное — понять, человек по-настоящему хочет общаться или же хочет получить какую-либо материальную выгоду, потому что ты белый. Неважно, это деньги, настольные игры или учебники. Например, когда узнавали, как открыть компанию, нам называли сумму около $5000 за её создание. А на самом деле надо заплатить пошлину $200-250 и подготовить приличный пакет документов — я узнал об этом только месяц спустя.

При этом большинство местных дружелюбные, они всегда помогут, например, подскажут как куда-то пройти. Один раз я забыл в кафе сумку, вернулся через час и мне её вернули.

Ученики начальной школы Tumaini Primary School, Найроби

Заметил, что местные отличаются друг от друга в зависимости от города. В Момбасе, который находится на берегу океана, все дружелюбные и расслабленные. Например, там может подойти местный, отбить кулак и сказать «I see that you are a good guy». Таксисты очень разговорчивые и часто шутят — я много езжу, поэтому с ними практикую английский.

Найроби же чем-то похож на Москву — в столицу едут, чтобы заработать, даже не со всей Кении, а со всей Восточной Африки. Там все на взводе, торопятся — связываю это с тем, что всем нужны деньги, тем более как таковых их у местных нет.

И таксисты в Найроби в основном не очень приветливые — не все здороваются, а кто-то откровенно хамит.

У меня есть сотрудник кениец. Как работник очень исполнительный, если поставил задачу — он её отлично выполнит. Но если, например, все задачи сделал, он не придёт к тебе со словами: «Давай я сделаю вот это и это», инициативу лишний раз не проявит. Это ты к нему должен прийти и сказать что делать. А сам — нет.

Инфраструктура и безопасность

В одном из безопасных районов Момбасы, который называется Ньяли (Nyali), живут индийцы, арабы и местные политики, все окна их домов зарешёчены. Это сделано для того, чтобы местные грабители не пробирались к ним в жильё.

Вид из окна апартаментов 

По пляжу города ходить не очень приятно: если местные видят белого, подбегают человек пять в надежде продать какой-нибудь аксессуар, поездку на сафари или ещё что-нибудь.

В Найроби одни из самых больших трущоб, или «сламс», в мире — «Кибера». Их население строит себе дома из того, что попадётся под руку — фанеры, железки, глина.

Трущобы

В один из таких районов в Момбасе я ездил в школу, которая называется Ibrahim’s Community School, она существует на пожертвования от благотворительных организаций. В Кении есть три вида школ:

  • Частные, где учатся дети политиков и предпринимателей. Обучение в них стоит $7000–29 000 в год.
  • Государственные для местных — они сильно проще, но тоже платные, примерно $50–60 в год.
  • Community School, которые живут за счёт благотворительных организаций. Такие школы как раз находятся в бедных районах.

В государственных и community нет ни компьютеров, ни интернета, только голые стены и доска. Презентацию нашей школьной программы пришлось адаптировать под офлайн-формат: распечатывать слайды презентации и упрощать домашние задания.

Упрощать что-либо тоже сложно, изначально мы целились на учеников престижных школ вроде Кембриджских, у которых есть современные гаджеты, а не на учеников школ, которые не сдают экзамены из-за того, что прогуливают школьные уроки в поисках еды.

Согласно статистике, в Кении из 100 учащихся начальной школы в старшую переходят 68 детей, и только 6 человек из них поступают в университеты.

Первый урок в Tumaini Primary School, Найроби

В центре Найроби есть два относительно безопасных района — Вэстлэндс (Westlands) и Парклэндс (Parklands). Здесь есть хорошие торговые центры, вкусные рестораны, автосалоны немецких производителей. Говорят, что белые в этих районах могут гулять спокойно. Я проходил мимо автосалона BMW, а примерно через 10 метров видел полуголых людей, которые сидят на обочине и жарят кукурузу.

Момбаса

Много попрошаек, которые окружают тебя, иногда даже могут схватить за руку, чтобы ты им дал денег. Примечательно, что у них нет ни еды, ни одежды, зато есть номер телефона, по которому можно отправить деньги через местное платёжное приложение M-Pesa.

Меня так окружили человек пять из местной детворы с просьбой денег на еду и я им отправил 500 кенийских шилингов (300 рублей), после чего они были очень рады и кричали мне, чтобы бог меня благословил. В других районах столицы, по рассказам местных, небезопасно даже с рюкзаком ходить — может подъехать машина, оттуда выбегают люди и отбирают сумку.

Дорожное движение в Кении своеобразное — никого не пропускают, поворотники не включают, могут перестроиться прямо друг в друга. В Найроби, например, практически нет разметки и светофоров. Я передвигаюсь по городу в основном на такси и за те два с половиной месяца, что здесь живу, три раза попадал в аварию. Ничего серьёзного, просто стукались и царапали машины.

В Момбасе трафик немного спокойнее. Полицейских мало, обычно они стоят на перекрестках и регулируют движение. Мне кажется, что они больше выполняют роль светофоров.

Найроби

На дорогах Момбасы, особенно на туристическом пляже Диани, очень много Тук-Туков, которые выполняют роль такси. Поездка на 10–15 минут на двоих обойдется в 150–200 рублей.

Движение в стране правостороннее, в основном кенийцы ездят на подержанных японских машинах — это десятилетние Nissan, Toyota. Качество дорог — ужасное: дырки, а где-то просто нет асфальта. Так в Найроби, например, дорога соединяет отель и офис, а если завернуть в другую сторону, попадаешь как будто в село — ни асфальта, ни тротуаров.

При этом в городе построили платную дорогу — она новая и хорошая. На ней не бывает пробок в отличие от обычных дорог — в час пик в Найроби можно много времени потерять в пробках. А привыкшим прогуливаться по городу может быть некомфортно, потому что здесь практически нет ни обочин, ни тротуаров, люди часто передвигаются по голой земле.

Перед поездкой в страну я сделал две прививки — от жёлтой лихорадки и гепатита А. Для Кении они необязательны, но я сделал, на всякий случай. В некоторые страны Африки без них не попасть, например, в Танзанию. В Кению можно въехать по туристической визе на 90 дней, а потом продлить её ещё на три месяца за $20. А после уехать, например, в ту же Танзанию для «визарана» — но есть люди, которые за $50 помогут сделать это без выезда.

Community-based school в Момбасе

Когда я прибыл в Кению, мне на штампе ручкой написали «2М», что означает два месяца, чего я не заметил, и думал, что могу находиться три месяца. Когда возвращался в декабре в Москву, на контроле заявили, что нахожусь в Кении больше положенного, пришлось заплатить штраф в $200. Недавно вернулся обратно в Кению и мне дали визу на три месяца, так что, видимо, мой «оверстэй» ни на что не повлиял.

В Кении важно постоянно мыть руки, потому что тут очень грязно. Однажды мне поплохело ночью — хорошо, что у меня была туристическая страховка. По ней меня отправили в госпиталь при университете Ага Хана (The Aga Khan University), как говорят местные, один из лучших госпиталей Найроби.

Сдал анализы, через два часа пришёл результат и мне выписали таблетки. Страховая компания заплатила 40 000 шиллингов (примерно 22 000 рублей). В больнице успел встретить индийцев, арабов и одного канадца.

Жильё

В Момбасе и Найроби я в основном жил в апартаментах и несколько раз останавливался в отелях. Апартаменты в Момбасе дорогие — около 100 000 рублей в месяц с коммуналкой, интернетом и охраной, а условия при этом не очень хорошие: пару раз попадались тараканы, дырки в стенах, а ещё не было кондиционера.

Цены на жильё в городе сильно зависят от района, наличия охраны и сезона, который в Момбасе практически всегда туристический. К югу от Момбасы есть побережье «Диани Бич» — считается одним из лучших в Восточной Африке, там можно снять неплохой дом за 150 000 — 200 000 рублей в месяц.

В Найроби жильё немного дешевле, а условия лучше. Например, я снимал апартаменты за 90 000 рублей с теми же условиями, что и в Момбасе, но ещё и с ежедневной уборкой.

Пляж Диани (Diani beach) славится своей протяженностью, прозрачной водой и белым песком

В домах, где я жил, была охрана — три-четыре человека. Дом огорожен высоким забором, а сверху — электрическая проволока. Если, например, человек не испугается проволоки, попытается запрыгнуть на забор, скорее всего, он наткнется на бутылочные осколки, потому ими усыпана верхняя часть ограды.

Вид из окна апартаментов в Момбасе

Электричество отключают минимум раз в неделю на два-три часа, поэтому во многих домах стоят генераторы. Перебоев с водой обычно нет. Отопления здесь нет вообще: оно просто не нужно, потому что в Кении всегда тепло.

Зарплаты

Расслоение большое и очень сильно бросается в глаза. Большие дома с охраной — и трущобы, за углом стоит здание с офисами, а через несколько десятков метров — голая земля с людьми, которые что-то готовят на костре.

70-80% населения живут на $1 в день. Они зарабатывают не каждый день по доллару, а, например, сегодня получили $15, следующие две недели сидели без работы, потом что-то подвернулось — и вот ещё $15.

Мастерская сувениров — деревянных жирафов, магнитов, масаев. Возле туристического пляжа Диани

Директора-экспаты международных частных школ получают около $2000, учителя $500–1000 в зависимости от предмета, стажа и нагрузки. В государственных школах — меньше.

Рядовой сотрудник местного производителя снеков получает $500–1000, руководящие должности — $2000–3000. В Кении мало квалифицированных специалистов. И например, местной компании, которая получила инвестиции, чтобы найти нужного сотрудника, необходимо обращаться на международный рынок.

Чтобы перевезти сотрудника — понадобится много по местным меркам денег. Понятно, что за $1000 никто сюда переезжать не станет, предполагаю, что от $5000.

В стране есть офисы консалтинговой компании PwC, есть красивый офис ООН — думаю, что они так и привозят сюда сотрудников-экспатов.

Еда и досуг

За городом есть два основных развлечения — национальные парки и сафари. Национальный парк — это как условный зоопарк в Москве, куда можно поехать, чтобы посмотреть на животных: зебр, жирафов и других. До национальных парков из города добираться минут 40, вход стоит в районе $20, обойти его можно за час.

Сафари — похожая поездка, только длиннее. Обычно туда отправляются на один-три дня. Ты едешь на внедорожнике с проводником, другими туристами и смотришь на слонов, львов, бегемотов и других диких животных. Это очень красиво и незабываемо. Если едешь с ночевкой, можешь переночевать в отеле, прямо в самом сафари. Дорога до сафари занимает несколько часов, один день такой поездки стоит около $200 на человека, если знать нужных людей, а так гораздо дороже.

В Момбасе по утрам ходил на сёрфинг, а после прогуливался по пляжу, загорал и любовался океаном. Других развлечений, кроме того чтобы пойти в торговый центр, что-то купить и поесть, нет.

Читал заметку другого такого же экспата, который приехал в Кению заниматься финтех-бизнесом. Он писал, что одному сюда приезжать нельзя, потому что рано или поздно работа тебя съест из-за того, что одному сложно отвлечься и переключиться на другие вещи. Могу сказать, что это правда, одному, кроме работы, здесь особо делать нечего.

В Кении есть международный фастфуд — KFC, Subway, Burger King. А также местные, индийская, китайская кухни. Местные едят много дешёвых хлебных изделий, например, Чапати (лаваш), или Угали (воздушная булочка).

Когда идёшь в ТЦ, чтобы перекусить, тебе не нужно подходить к кассе и делать заказ, как это делается в России, например. Тебе достаточно сесть на свободное место, а к тебе с меню набегут сотрудники заведений. Вот что значит дешёвая рабочая сила. В туристических местах, например, на Диани, можно поужинать в хорошем ресторане за 1500–2500 рублей на двоих с бокалами вина.

В Кении работает французская продуктовая сеть Carrefour. Ассортимент не отличается от любого продуктового магазина в России. Есть всё — от сыров и M&M's до шампуней и дезодорантов. Можно легко собрать продукты для борща, ничем от Москвы не отличается. Продукты, как мне показалось, немного дороже, например, упаковка сыра ломтиками — 300–350 рублей, большая упаковка сливочного масла — 500–600 рублей. А вот то, что растёт в стране, дешевле: одно манго — 30 рублей, авокадо — 20–30 рублей.

Сервисы

В Найроби и Момбасе очень хороший мобильный интернет, в городской части практически везде 4G. Даже когда плохо работал Wi-Fi, подключал компьютер к мобильному интернету — и он справлялся лучше. Можно легко звонить в WhatsApp, Telegram. Не знаю, как со связью в трущобах, но у меня даже на сафари был 3G — получалось фотографии отправлять.

Я пользуюсь оператором Safaricom — он один из самых крупных в стране, им частично владеет британский Vodafone. По стоимости дороже, чем в России, раза в полтора. Например, есть месячный тариф, где предлагают 1500 минут, 3000 СМС, 25 ГБ интернета и безлимитный WhatsApp, он стоит где-то 1700 рублей.

В Кении работают такси Uber и Bolt, есть сервис доставки Glovo, похожий на «Яндекс.Еду» и Delivery Club, а также Airbnb, Booking. Самые популярные соцсети — Instagram*, Facebook* и LinkedIn, у школьников — TikTok.

Чтобы оплачивать покупки, пользуюсь местным сервисом M-Pesa. Когда подключаешься к оператору Safaricom, тебе предлагают открыть счёт M-Pesa. С его помощью можно расплачиваться в такси, в отелях, магазинах, а также совершать переводы другим физлицам по номеру телефона. Пополнить счёт можно наличными — нужно прийти в пункт пополнения и назвать свой номер телефона, а также номер паспорта или ID.

Приложение M-Pesa

Об одиночестве и борьбе со стрессом

Мне кажется, белому человеку подружиться здесь с кем-то очень тяжело. Поэтому много общаюсь с родными по интернету.

Со стрессом помогает бороться спорт. В Найроби, например, я нашёл небольшой спортивный зал и каждый вечер ходил на беговую дорожку. В Момбасе хорошо то, что рядом океан — его видно было из окна дома, где я жил, это приободряет. Каких-то особенных вещей и секретов нет: помогают немного переключиться спорт, книги и общение с родными.

Кайтсёрферы на пляже Диани (Diani beach)

В планах с января по июль 2023 года отработать всю систему и методологию: понять, как контролировать процесс и качество обучения, и получить максимально возможный объём обратной связи от местных партнёров. А после, в идеальном случае, привлекать инвестиции на масштабирование программ в школах и университетах.

«Аутсайд» — медиа о россиянах, которые уехали в другие страны. Мы рассказываем истории: как они строят свою жизнь заново и продолжают делать то, что любят. Запускают стартап, открывают кофейню, проводят выставку, делают бизнес или просто пытаются найти новое место.

Подписывайтесь на нас в Telegram. Присылайте свои истории на почту — [email protected] или Telegram-боту — @outside_media_bot.

*Instagram и Facebook принадлежат компании Meta, которая признана экстремистской в России и запрещена.

0
10 комментариев
Написать комментарий...
Zoringer

"Давным-давно.. я подавала анкету на получение визы в одну из стран Африки и там пункт про особые приметы... я вся такая расстаралась - шрамы описала, родимое пятно и даже особенность стоматологии. И все это на английском, которым я не особо-то свободно владею. В посольстве секретарь все это прочла, зачеркнула мою писанину и написала одно слово WHITE" (с)

Ответить
Развернуть ветку
Ruslan Musalimov

😂😂😂👍🏼

Ответить
Развернуть ветку
Eternal Hate
Но если, например, все задачи сделал, он не придёт к тебе со словами: «Давай я сделаю вот это и это», инициативу лишний раз не проявит. Это ты к нему должен прийти и сказать что делать. А сам — нет.

А что не так? Инициатива ебёт инициатора, всё правильно.

Ответить
Развернуть ветку
Евгений Н

Фото есть с рекламой ERP Odoo, c надписью на суахили "создай свой бизнес в интернете", забавно, но Odoo переводится как "туалет" если доверять гуг переводчику.

Ответить
Развернуть ветку
Утка-хрутка

и это кажется пересобранный логотип из букв badoo

Ответить
Развернуть ветку
Дмитрий Акимов

у меня гугл не переводит как туалет

Ответить
Развернуть ветку
Виталий Лановой

Классно написано, вроде уже читал похожее про Африку, но всегда интересно. Спасибо

Ответить
Развернуть ветку
Андрей Вечерний

@Слегка Придурковатый Нужно экспертное мнение

Ответить
Развернуть ветку
Wera Ferat

Интересная статья, но жить там с детьми не рискнула бы, безопасность на не высоком уровне.

Ответить
Развернуть ветку
Firestorm Chan

человек просто агент влияния фсб, на бабки правительства промывает детям Кении мозги, зато так красиво рассказывает, верим)

Ответить
Развернуть ветку
Читать все 10 комментариев
null