Цифровые паспорта и большая игра: почему все бросаются строить IT-крепости.

Не так давно появилась новость, которую многие пропустили: американские AI-инструменты (условно назовём их Fable 5 и Mythos 5) перестали работать у всех, у кого нет паспорта США. Не у компаний под санкциями, не у военных, а у обычных специалистов по всему миру. Это не баг и не чудачество разработчиков. Это осознанная политика закрытия цифровых границ, и она только начинается.

Россия, зная об этом мировом тренде уже не первый год, пытается играть на опережение: принимает законы, вводит запреты на иностранный софт и ускоренно что-то замещает. Но давайте посмотрим на эту гонку вооружений трезво.

Что делает Россия и почему это не блажь

К 2030 году у нас выстраивается многослойная стена:

- На объектах критической инфраструктуры зарубежное ПО уже запрещено, полный переход — до 2028–2030.

- Госорганы и госкомпании обязаны переехать на отечественный софт и железо до 2030-го, с вполне реальными штрафами.

- Облачные сервисы крупному бизнесу хотят запретить с 2027 года.

- Даже карты и геоинформационные системы планируют сделать строго национальными — правда, срок уже сдвинули с 2026 на 2030-й.

Параллельно готовят механизм принудительного лицензирования того, что ушло, и делают ставку на открытый код.

Если смотреть на это после отключения «Фейблов» для неамериканцев, становится понятно: это не паранойя, а холодный расчёт. Когда кнопка «disable» находится на другом континенте, строить стратегическую инфраструктуру на чужом софте — значит добровольно дать ключи от дома.

Но дьявол — в деталях

Теперь самое интересное. То, что курс на импортозамещение в целом оправдан, ещё не значит, что он реализуется без перекосов.

1. Вечные переносы как симптом. Сдвиг запрета на иностранные ГИС на 4 года — это не гибкость, а признание, что реально готовой замены нет. А когда для КИИ оставляют лазейку «по особому решению правительства до декабря 2030-го», это легализация серой зоны, где будут формально отчитываться, а по факту — сидеть на старом.

2. Обязательное не значит хорошее. Главный риск — лишить рынок конкуренции. Когда чиновник знает, что всё равно купит только российское, разработчику выгоднее продавать не удобный продукт, а «акт импортозамещения». Согласитесь, фраза «пусть неудобное, зато своё» — так себе фундамент для цифровой экономики.

3. Open source не равно независимость. Мы переносим зависимость с корпораций на глобальное сообщество, которое тоже может в любой момент отвернуться. Форкнуть ядро Linux легко, а развивать его десятилетиями без подпитки от апстрима — почти невозможно при нынешнем кадровом голоде.

А что на другой стороне?

И здесь самое важное. Мир тоже не стоит на месте, и закрытие — это глобальный тренд. Но подходы принципиально разные.

- США строят «контролируемую крепость»: они запрещают точечно передовые технологии (AI, чипы), где у них абсолютное лидерство. Остальной софт, где конкурентов просто нет, они не трогают. Это война на опережение, а не тотальная изоляция.

- Россия вынуждена строить «осаждённую крепость»: не имея подавляющего преимущества ни в одной критической нише, приходится запрещать всё подряд, чтобы не остаться с пустыми руками после очередного отключения.

Проблема в том, что такая стратегия — это выживание, а не процветание. Она хорошо страхует от внезапного «блэкаута», но не создаёт продукты, способные конкурировать на внешних рынках. А в AI-гонке, где всё решают глобальные данные и скорость, изоляция — это гарантированное отставание.

Вывод

Гражданство становится частью модели угроз. Это новая реальность, в которой мы все окажемся, нравится нам это или нет. Россия здесь не изобретает велосипед, а реагирует на уже идущий развал глобального интернета. Но простой запрет и «замещение любой ценой» — только первая половина уравнения.

Победит в итоге не тот, кто выше поднял забор, а тот, кто внутри этого забора смог создать то, чем люди хотят пользоваться добровольно, а не под страхом штрафа. И вот это — главный вызов на ближайшие пять лет.

Что думаете — мы строим цифровой суверенитет или смирительную рубашку для собственной IT-отрасли? А может уже пора в домик в деревне?