Что действительно может замедлять биологическое старение? Учёные сравнили лекарства, диеты, спорт и БАДы

Индустрия долгожительства предлагает десятки вариантов: от диет и физических нагрузок до БАДов, метформина и новых препаратов для снижения веса. Проблема в том, что ждать десятилетиями, чтобы это проверить, не очень-то удобно. Данные 51 исследования показали, какие из них действительно меняют молекулярные маркеры старения.

🔥 Еще больше полезной информации о технологиях и достижениях науки — в моем канале

Паспортный возраст здесь мало чем поможет: двум людям может быть по 60 лет, но состояние их организма и риск возрастных заболеваний могут существенно различаться.

Поэтому исследователи использовали эпигенетические часы – алгоритмы, которые оценивают биологический возраст по метилированию ДНК. По мере старения расположение химических меток на ДНК закономерно меняется, и по этим паттернам можно приблизительно определить состояние организма.

Авторы собрали данные 51 исследования, в которых люди подвергались различным вмешательствам, потенциально влияющим на старение. Затем они проанализировали более 110 биомаркеров метилирования ДНК, включая 16 наиболее известных эпигенетических часов, и посмотрели, как показатели менялись до и после вмешательства.

И здесь важно, что исследователи не проверяли одну конкретную «таблетку от старости». Они попытались одинаковым набором инструментов посмотреть на результаты множества уже проведённых исследований и выяснить, какие вмешательства действительно оставляют заметный след сразу в разных биомаркерах старения.

Наиболее выраженное снижение эпигенетического возраста исследователи обнаружили после фармакологических вмешательств.

То есть результат скорее указывает не на существование одной «таблетки от старения», а на возможность влиять на конкретные биологические процессы, сопровождающие старение, и видеть эти изменения на молекулярном уровне.

Но превращать этот результат в совет принимать метформин или семаглутид ради долгожительства нельзя. Исследование не проверяло, стоит ли назначать эти препараты здоровым людям для продления жизни, и не доказывает, что человек, у которого после лечения снизился эпигенетический возраст, действительно проживёт дольше.

Более практичный результат касается образа жизни.

В вошедших в анализ исследованиях использовались, в частности, средиземноморский рацион, низкожировая и низкоуглеводная диеты. Несмотря на различия между ними, в сочетании с физической активностью они давали изменения биомаркеров в одном направлении.

Иными словами, на фоне постоянно возникающих новых хаков долгожительства довольно скучная рекомендация «нормально есть и двигаться» пока выглядит убедительнее многих значительно более экзотических способов борьбы со старением.

Здесь результаты гораздо менее впечатляющие.

Это не означает, что любые витамины и добавки бесполезны. Добавка может быть необходима при конкретном дефиците или использоваться для другой медицинской цели.

Но именно в контексте обещания «замедлить старение» анализ Йель не обнаружил у этой категории убедительного общего эффекта на исследованные эпигенетические маркеры.

На фоне огромного рынка антивожрастных биодобавок это, пожалуй, один из самых практически интересных результатов исследования: дорогая баночка с обещанием долгожительства сама по себе пока выглядит значительно менее убедительно, чем изменения образа жизни.

И здесь сами исследователи Йеля призывают к осторожности.

Мы пока не до конца понимаем, почему конкретный биомаркер изменился, насколько долго сохранится этот эффект после прекращения вмешательства и какие именно биологические процессы за ним стоят.

Но главный вопрос ещё серьёзнее: означает ли изменение этих показателей, что у человека действительно уменьшится риск рака, сердечно-сосудистых заболеваний, деменции, функционального ухудшения и преждевременной смерти?

Авторы прямо называют это одним из важнейших нерешённых вопросов. Поэтому результаты исследования правильнее читать не как рейтинг способов «омолодиться», а как рейтинг вмешательств, которые оказались способны заметно менять существующие молекулярные показатели биологического возраста.

Зачем тогда вообще нужны эпигенетические часы? Если их удастся надёжно связать с реальными долгосрочными последствиями для здоровья, они могут радикально ускорить исследования старения.

Сегодня доказать, что вмешательство действительно продлевает человеку здоровую жизнь, чрезвычайно сложно. Если начать исследование в 50 лет, ждать различий в продолжительности жизни участников можно несколько десятилетий.

Надёжный биомаркер потенциально позволяет получить сигнал намного раньше. Вместо вопроса «кто из этих людей через 30 лет проживёт дольше?» исследователь сможет через несколько месяцев или лет увидеть, изменились ли молекулярные процессы, достоверно связанные с будущим здоровьем и продолжительностью жизни.

Именно поэтому авторы считают развитие таких биомаркеров одним из ключевых следующих шагов: если их прогностическая ценность подтвердится, проверять потенциальные anti-aging терапии можно будет за месяцы или годы вместо десятилетий.

Исследование Йеля даёт скорее осторожное «возможно», чем окончательное «да».

Но пока наука научилась лучше отвечать на вопрос «можем ли мы изменить показатели, связанные со старением?», чем на гораздо более важный вопрос «можем ли мы благодаря этому прожить дольше и дольше оставаться здоровыми?»

#старение #долголетие #longevity #здоровье #биохакинг #медицина #исследования #наука